Прямое действие

В России работает около миллиона граждан Киргизии. Это люди, занятые тяжелым трудом: слесари и электрики ЖКХ, мусорщики, озеленители, шоферы, рабочие фабрик, продавцы магазинов. Не будет преувеличением сказать, что благосостояние москвичей в большой степени обеспечивается ими. Много киргизов и в других городах. Часто общаюсь с ними. Мне лично киргизы симпатичны - легкие, коммуникабельные, улыбчивые люди. Их улыбчивая вежливость не должна вводить в заблуждение: они могут быть свирепы, собираясь в крупные коллективы и свергая режим. (Между прочим, те, кто думает, что киргизы могут стать легкой добычей для атак националистов, совершают большую ошибку)

Представители оппозиции спрашивают: "Неужели власть настолько глупа, что делает все то, что делает?". Это говорят, например, про побитие демонстрантов. Я не вижу, почему это глупость. На одном насилии могут держаться годами режимы даже в таких странах, как Иран и Венесуэла, где протесты несопоставимо более мощные, с участием миллионов людей. К тому же, протестующих не миллионы и даже не десятки тысячи и они никак не могут помешать властям сделать из них котлету, если власти захотят. Почему бы тогда системе не сохранять власть неограниченно долго?

На фронте в Сирии каждый день погибают женщины-воины. Однако они защищают свой дом, свою родину и свою революцию. Что же движет этими женщинами, кто проезжает тысячи километров с Запада, чтобы присоединиться к борцам с исламистами и… умереть?

В марте того года мировые СМИ облетела новость: в Африне, кантоне Сирийского Курдистана, погибла гражданка Британии – 25-летняя анархистка Анна Кэмпбэлл. На фронте в Сирии каждую неделю погибают женщины-воины. Однако они защищают свой дом, свою родину и свою революцию. Что же движет этими женщинами, кто проезжает тысячи километров с Запада, чтобы присоединиться к борцам с исламистами?

Чем бы ни закончились события в Екатеринбурге, о них нужно сказать несколько вещей.

Первое. Это – не победа екатеринбуржцев. Это – победа всех протестующих россиян. Российские власти могут задавить всех своих подданных, но они не могут задавить всех одновременно. И жители Севера России, и жители Ингушетии, и даже участники «мусорных протестов» в Подмосковье – все они участвуют в общей борьбе народа РФ с ее властью. И, хотя власть отступила именно в Екатеринбурге, вклад в это внесли и те, кто борется на других фронтах, не давая властям перебросить оттуда дополнительные силы в Екатеринбург или еще куда.

Новая смута в РФ начинается с окраин. И это не продолжение давней традиции. В допетровской Московии, да и в Российской империи на окраины бежало самое активное и самое способное население страны, а теперь наоборот все, кто может, стараются перебраться в Москву (или за границу). Источником смуты сейчас делают окраину именно ее «атавизмы», «пережитки старины», неожиданно оказавшиеся полезными в нынешнее время. Во всяком случае, это касается Ингушетии и Европейского Севера. Ингушетию на дыбы поставил передел границы с Чечней, а Север – превращение его в свалку.

Самый распространенный вопрос: "Что будет, если исчезнет государство? Не поубивают ли люди друг друга? Если исчезнет власть хозяев производства, станут ли работать предприятия, производящие все необходимое?" Отчасти об этом говорилось здесь. Стоит помнить, что либертарное социалистическое общество (антиавторитарное, анархистское) не является хаосом.

На собственноручно снятом видео Брентон Таррент методично расстреливает из автоматической винтовки безоружных людей в мечети. Он долго готовился к акции и все просчитал. Все убитые были безоружны, никто не оказал сопротивления. Затем человек, которого единомышленники сравнивают с “Жанной д’Арк”, добил выстрелами в затылок раненую девушку; плача, она просила о помощи. Это второй чудовищный террористический акт такого рода за последние годы – массовое убийство безоружных людей, включая подростков, националистическими террористами.