Революция возгорается из нашего сердца

Мы саранча, которая опустошит капитализм

Нас, повстанцев, обвиняют в том, что мы не конструктивны, мы не имеем общего плана/программы, последующих целей, что мы умеем только жечь машины, разбивать витрины, драться с полицией и больше ни на что не способны. Что мы, повстанцы, не сможем совершить социальную революцию, которая требует не только бесконтрольного буйства. Нам отводят роль социальной искры, а потом мы должны предоставить место демагогам разных мастей, которые лучше всего знают только одно – как просрать революционный момент!

Для революции нам потребуется только ножи и молотки, а все остальное - дело рук и головы. Революция тождественна социальным изменениям, за короткий промежуток времени, в отличие от реформ, которые этот промежуток растягивают до бесконечности. Наш очаг - восстание: спонтанное, неожиданное, непредсказуемое, без требований и программ. И чем больше восстаний и чем шире охватывают они общество, тем быстрее приближается момент революции. Восставайте!

Вы спросите: «Что дальше? На улицах баррикады, перекрестки полыхают, полиция деморализована, капиталисты в ужасе, производство остановлено и что дальше?» А дальше мы будем делать то, что и делали до восстания, изменять свою жизнь и менять общество. «Как?»
Когда власть и капитал потеряют контроль над улицами и будут не способны ими управлять, мы предадимся грабежу! Мы будем грабить то, что когда-то было награблено властью и капиталом. Нет, нам не нужны будут мелкие частники, наш интерес - крупные компании, их офисы и склады. И пусть люди уподобятся нам, пусть почувствуют радость восстания.
На освобожденном пространстве мы не разведем демагогии. Мы не будем озабочены, что выбрать: народное учреждение, национальную ассамблею или рабочий совет, и тем, как эти органы сделать демократическими, самыми анархическими и чтобы революционный дух не выветрился из помещений. И мы не будем озадачивать себя наставлениями и мандатами людей в эти учреждения. Мы будем грабить награбленное.
Мы будем саранчой, которая опустошает поля, которые до человека были лесом. В них саранча встречалась, влюблялась, рожала, воспитывала и совместно жила. Питалась и пряталась от хищников. Грелась на солнце, а от сильного палящего зноя пряталась внизу в освежающем и прохладном месте, утоляла жажду. Но пришли люди и уничтожили лес. Саранче ничто не оставалось, как сплотиться и постоянно двигаться, опустошать все на своем пути. Если остановишься, тебя съедят, испепелят солнечные лучи или умрешь от жажды. Каждый саранченок - это маленький кузнечик, который много не съест, много не выпьет, его укус незначителен, он неопасен. Его можно раздавить, поймать и посадить в банку, оторвать крылья и лапы. Но это не остановит опустошение полей. Каждый саранченок - это своя жизнь, свои пристрастия и свои желания. После уничтожения лесов им ничего не осталось, как социализироваться.
Мы будем саранчой, которая лишена старой среды обитания. Нам ничего не остается, как опустошать капитализм.
Наш взор упадет первым делом на экспроприацию кабелей и демонтаж всей корпорационной и государственной сети. Мы их лишим связи, мы разберем всю их связь, чтобы заново собрать такую, которая будет нужна нам и будет отвечать нашим потребностям, а не корпорационной прибыли. Мы экспроприируем инструменты, раздадим их, расскажем и обучим, как создать электронную сеть. Мы займемся созданием связей между квартирами, домами, районами, городами, континентами, планетами, звездными системами, галактиками. И каждая сеть будет автономна и независима, выход из строя одной не приведет к параличу остальной части. Люди будут сами чинить и восстанавливать свои локальные небольшие сети. Мы опустошим офисы, если кому-то не будет хватать компьютера.
Нам не нужны консенсусы, честные и искренние люди, которые донесут мандат до революционных комитетов. Человек в любое время, когда будет желание, сможет узнать, прочитать и высказаться по интересующимся вопросам, воспользовавшись электронной сетью. Мы даже не разочаруемся, если наши сети заполнятся неполитическими обсуждениями дальнейшего развития восстания, а может уже и революции. А займутся поиском единомышленников по изучению микромира или космоса, шитья и всего, что угодно. Мы даже не расстроимся, когда подростки заполнят ее своими играми. Пусть люди общаются и сближаются, пусть слово распространяется быстрей, чем армия делает выстрел.
Пусть каждый человек видит свой интерес в восстании.
Да, пока мы будем обливаться потом, вы предадитесь спорам о будущем развитии революции, о выборе программ и общей стратегии. Вы будете выбирать лучших и талантливых людей для реализации наставлений ваших учреждений от имени народной воли. Пока вы это будете делать среди криков и шумов, власть и капитал стянут свои силы к вашим учреждениям для подавления вашей революционной воли. Вы сами себя загнали в ловушку, в одно помещение, в одно место, и тут хватит одного артиллерийского снаряда, чтобы покончить с вами раз и навсегда. Ваших хороших, отзывчивых, честных, искренних и талантливых «депутатов» отправят в тюрьму или расстреляют. Ваши учреждения, ассамблеи, советы будут разгромлены. Вам, кроме того, как защищаться и обороняться на пустом месте, ничего другого не останется. Вы будете призывать массы к тому, чтобы они своими телами закрыли стены революционных органов от пуль солдат, вы будете готовы пожертвовать людьми ради революции.
Мы не служим во благо революции, это революция служит нам.
А что власть сможет сделать против электронной сети, которая не подвластна корпорациям и государству? Ей придется призвать на помощь армию с артиллерией, чтобы разрушить каждый дом, только так они смогут покончить с нами, повстанцами. Наши дома превратятся в крепость, потому что электронная сеть - это часть каждого человека, это его личный интерес. Мы создадим социальную паутину, и как при прикосновении к природной паутине, колебания тут же предаются во все стороны. Так же и осада одного дома мгновенно передастся другим. Уничтожение одного дома не приведет к дестабилизации нашей народной коммуникации. Эти осады только разозлят людей, и последует атака на полицейских и солдат в уличных переулках, возможно с того угла, а возможно и с крыши. Мы будем вести бои на наших условиях и по нашим правилам.
А дальше мы продолжим грабить награбленное, пока не опустошим капитализм полностью.
Мы опустошим продовольственные склады и распределим тут же среди всех людей. Каждый человек будет иметь свои запасы пропитания и будет знать, сколько нужно до следующего урожая. Для начала это нас накормит, чтобы подумать, как дальше быть с продовольствием. Мы прибегнем к коллективному решению вопросов о продовольствии, это нужно каждому. Для этого воспользуемся нашими сетями, чтобы охватить всех. Да и миксеры, комбайны, хлебопечки и прочее пусть уж лучше послужат людям, чем будут пылиться на складах корпораций. И на этом мы не остановимся.
Мы опустошим офисы и заводы. К черту эту работу, если от нее людей гибнет больше, чем на войне! Если профессиональных заболеваний больше, чем вирусов в природе. Мы разберем все до последней гайки. И построим общественные мастерские, что позволит каждому чинить, ремонтировать, обслуживать … мастерить и изобретать. Мы построим автономные станции из экспроприированного, чтобы зарядить энергией наши электронные сети вместе с компьютерами. Мы создадим все, что потребуется на первое время. Люди не разочаруются в потере старого, потому что новое им принесет столько же пользы, сколько и нам.
А потом мы разберем и опустошим города и найдем новые места, на которых будут основаны новые полисы, не знающие власти и капитала. Пусть власть и капитал подавятся своим урбанизмом. Мы никого насильно не заставим, кто захочет пусть остается прислуживать власти и капиталу, или пусть власть с капиталом учатся прислуживать друг другу без нас.
Конечно, во время восстания на улицах будет хаос и беспорядок. Это нам и нужно. Именно в таких условиях люди осознают необходимость самостоятельности, решительности и ответственности. Именно в таких условиях люди способны будут самоорганизоваться. Именно в таких условиях они поймут, что все зависит от них. Именно в таких условиях они увидят эффективность коллективного решения одинаковых проблем.
Мы будем сами защищать себя и учить этому других. Так мы создадим самое безопасное пространство. И пусть теперь власть попробует вернуть право защищать нас, кто отдаст свою безопасность в чужие руки?

И кто нам помешает? Вы, структурные организации.
Вы поспешите воссоздать на месте гибнущей власти и государства органы, которые будут демократичными, анархическими, революционными, но именно в них власть увидит свою последнюю надежду. Именно в них будут честные, искренние и ответственные люди, которые будут нести доброе слово или наказ масс. Именно вы сохраните покорное рабство человека.
Именно вы под прикрытием лозунга «Анархия – мать порядка» воссоздадите народную дружину, которая будет защищать корпорационные склады. И воссоздадите якобы справедливое распределение продуктов жизненной необходимости. Да, именно вы встанете на защиту капитализма, ради сохранения мнимого общественного порядка. А грабежом будут заниматься не маргинальные криминализированные элементы, а мы.
Именно вы свою якобы революционность будете оправдывать тысячами убитых, одевая их в галстук или полицейскую форму. Вы думаете, нам нужны жизни буржуев и полицаев? - Нам плевать, живы они или мертвы. Нам нужно только награбленное ими, нам нужны не полицейские жизни, а оружие.
Именно вы сохраните контроль над оружием в своей народной дружине, боясь, что оружие может служить не только защите человека, но и нацелиться на вас и вашу мнимую общественную стабильность.
Именно после того, как вы это сделаете, власть увидит в вас, свое зеркальное отражение, потому что вы контролируете людей. Управление ими вернется со временем. А капитал вздохнет с облегчением, увидев, что его склады и его награбленное имущество цело и не тронуто. Ну а убитые вами тысячи людей в галстуках, капитал сможет заменить новыми или вами же.
И именно после всего этого, государство и капитал предпримет контратаку, и вы поплатитесь за свою «организованность» и получите то, чего заслуживаете.
И, естественно, вы после десяти, двадцати, а может и после пятидесяти лет, когда позабудут ваши преступления против революции, начнете обвинять всех вокруг, но только не себя. Но именно вы и будете контрреволюцией, которая не позволит людям взять жизнь в свои руки, стать самостоятельными и увидеть, что революция - это польза для каждого человека.
Вы поспешите прикрыться историей, как государство оправдывает свое существование подтасовкой исторических фактов. Нам наплевать на ваши исторические супер-организации. Что они сделали? Все ваши исторические супер-организации просрасли революции. Все, что мешает нашему пути, подвергается уничтожению, если придется, мы будем драться и с вами!

Мы не лучше и не хуже, но в отличие от вас мы знаем, чего мы хотим.
Да, нас сейчас единицы, но это не уменьшает нашего желания революции и ее пользы. Нам не нужны массы, потому что от этого слова не становятся правдивей. Нам не нужен авторитет, в виде супер-организации, это не сделает наши слова правильными. Нам нужны друзья и идейно близкие люди. Лучшего мира хватит не только нам, но и всем, даже полицейским с чиновниками, если они раскаются и найдут полезное для себя занятие.
Мы маргинальны, потому что идем против общих установленных правил. Но мы не закрываемся и не создаем стен вокруг себя. Пусть люди знают нас, наши идеи, наши стремления и то, что мы делаем и как делаем.
Наша революция – это не массовая начитанность революционными писателями и анархическими газетами с журналами, это не массовое соглашение с коммунистической идеологией. Пусть люди даже не разделяют наши идеи и взгляды, пусть даже человек не читает Бакунина с Кропоткиным и не знает историю революций. Когда человек начинает действовать самостоятельно, осознавая это или нет, наступает революция. Наша маргинальная задача показать эффективность не только самостоятельности, но и коллективности. Народная революция – это когда самостоятельные люди ищут таких же самостоятельных, чтобы совместно разрешить общие трудности и проблемы, а не прибегают к требованиям и просьбам от власти с капиталом или от структурных организаций.
Мы, повстанцы, которые предадимся свободной форме организаций и взаимодействия. Если вы делаете то же самое, что и мы, почему нам не делать это вместе? Если у вас те же трудности, что и у нас, почему бы нам не решить их совместно? Это и будет нашей формой организации.

Мы будем здоровыми клетками, имитирующими больные. Власть и капитал не смогут распознать в нас повстанцев. Нас не смогут опознать, кто мы - грабители, мародеры, или повстанческие грабители-экспроприаторы. Власть не будет знать, наказать нас как подрывников порядка власти или как обычных мелких хулиганов. Мы окрепнем и рано или поздно произведем больше здоровых клеток, и когда власть с капиталом нас распознают, будет уже поздно. Мы разрастемся, как обычные здоровые клетки, накапливая силы и делясь. Мы будем оставаться всегда небольшими и незначительными сообществами, невидимыми для супер-монолитной организации – государства. Но мы будем множиться.
Нам говорят: «Это не эффективно, вы (то есть мы) не сможете парализовать и разрушить устои могущественных и монолитных структур, как государство и капитал. Ваши (то есть наши) мелкие атаки власть капитала не заметит и не почувствует. Против нее должен выступить альтернативный супер-монолит, объединяющий все силы в один кулак». Вы правы, наши атаки незначительны и не смертельны, они незаметны и нечувствительны для власти с капиталом так же, как и одинокий кузнечик не навредит полю.
Один укус осы безобиден для человека, но укусы пчелиного роя приводят к смерти!
Мы, повстанцы, не учим и не создаем программы, куда жалить власть с капиталом, которая способна заранее приготовиться и защитить эти места. Мы предоставляем полную свободу каждому повстанцу, пусть он жалит и кусает власть с капиталом как может, с той силой, которая у него есть, туда, куда считает нужным. И пусть это будет незначительно. Но мы множимся и рано или поздно власть с капиталом не будет знать, когда и куда следующий раз ее ужалят. Нас будет так много и наших незначительных укусов такое множество, что это приведет к параличу и разрушению самых могущественных супер-монолитных структур в виде государства и капитала.
Мы лучше структурных организаций имеем преставление, что делать до восстания, как восстание превратить в революцию, как обезопасить себя и не подставить других, поделиться новым лучшим миром со всеми. Мы - это живой организм! Мы - подобие простейших клеток, мы - подобие паутины, мы - подобие саранчи, муравьёв и ос. Вы нас разглядите в каждом уголке природы.
Мы живы настолько же, насколько жива природа, мы настолько же эффективны, насколько эффективна биологическая жизнь. Мы уничтожаем любую неживую структуру.

Мы не боимся власти с капиталом, мы просто предпринимаем необходимые меры безопасности.
Кто это пишет? Возможно, этот текст пишется профессором, который уже не помнит, как выглядит луговая трава, а возможно учительницей младших классов или ее учениками. Сколько нас, один или два, а может быть коллектив. Мужчина или женщина или вовсе ребенок. Как тяжело распознать нас. Ведь как легко имитировать других людей, брать их высказывания, красть их мысли и путать следы. Власть потратит все силы на поиски какого-то человека, на его прослушивание и сбор доказательств, что он повстанец. Возможно, кого-то поймают, посадят, но они поймают только одного саранченка, одну жизнь, одну любовь, одно желание и одно устремление. В то время наши идеи могут подхватить новые люди, свежие умы. Наше обращение могут копировать и распространять иные люди, опубликовывать под своим именем только потому, что он/она разделяет это, и решил(а) распространить наше слово еще шире.
Мы - наше желание и устремление к лучшей жизни для себя. И нам не жалко поделиться ею с другими.

Да здравствует восстание! Сделаем из восстания социальную революцию!

продолжение

Комментарии

 Интересный текст, спасибо. Хотя со многим не согласен. Надо будет внимательнее перечитать и напиисать ответ.

Голосов пока нет

Текст интересен. Но слабость такого "сетевого" плана революции именно в уязвимости сетей (из пушек по домам стрелять не будут - просто тупо перережут оптику или витую пару). А в случае объявления ЧП так стандартно вырубают интернет, всю сотовую связь с ЖПРСом. Любой же радио обмен (от блютуза до ВЧ) - отлично глушится Куполом и подобными армейскими девайсами. Так что создать альтернативные независимые сетевые сми в случае революции будет невозможно (только старые добрые листовки и самиздат). Или передвижные пиратские радиостанции. Но это только односторонняя связь с народом. Ничего решать и обсуждать с помощью них не получится. Ну а что касается грабежей и мародерства - это положительный момент революции. Желающих пожечь места типа нашей Рублевки найдется достаточно. И растащить ашаны-метро-меги тоже хватит. Вот только у всех этих крупных центров есть многочисленный штат вооруженных ЧОПов (а это тысячи охранников и тысячи стволов в сейфах при офисах). А почему такая нелюбовь к "структурным организациям"? Ведь даже за поджег банка или ментовки если поймают "партизана" светит длинный срок. И именно "структурные" правозащитные организации будут собирать средства в его поддержку. А оставшиеся на воле соратники подвергнутся розыску и репрессиям. Что превращает любую такую группу "вольных партизан" в организованную подпольную структуру со своей жесткой структурой и правилами конспирации. Или просто все быстро сядут. Поэтому очевидна цепочка: революционное разрушение - ответные репрессии - ответная конспирация и уход в жесткие структуры типа ячеек и пр. Велосипед придумывать не надо. Смотрите опыт 60-80гг прошлого века. Там тоже начинали с поджегов универмагов и автозаводов...
Голосов пока нет

Добавить комментарий

CAPTCHA
Нам нужно убедиться, что вы человек, а не робот-спаммер.

Авторские колонки

Michael Shraibman

Ханна Арендт в работе "Vita Activa" писала, что в индустриальном современном обществе индивиду нечего противопоставить мощи бюрократических иерархий. По ее мнению, не имеет большого значения идет ли речь о государственных системах или об аппаратах частных корпораций. Все, что остается...

1 неделя назад
8
Антон Паннекук
Michael Shraibman

Это статья сторонника Коммунизма рабочих Советов Антона Паннекука. В ней он объясняет, почему только рабочие Советы (не партии и не профсоюзы) являются организацией, которая позволяет совершить переход к бесклассовому и безгосударственному обществу (коммунизму). Но так же интересна критика...

2 недели назад
16