Ялтинская конференция 1945 - империалистический передел мира

70 лет назад, в феврале 1945 г., собравшись в Ялте, лидеры "Советского Союза", Великобритании и США договорились о разделе Европы после Второй мировой империалистической войны: за "Советским Союзом" признавались Западная Украина и Западная Белоруссия, занятые им в 1939 г., Восточная Пруссия; СССР (наряду с Великобританией, США и Францией) выделялась оккупационная зона в Германии. Было фактически признано преобладающее советское влияние в Югославии и Румынии, в Польше должно было быть создано коалиционное правительство из просоветских и прозападных деятелей. Греция отходила в сферу влияния западных держав, под контролем которых оставался и Запад Европейского континента. Был поставлен вопрос о разграничении сфер влияния на Дальнем Востоке и в Передней Азии. Так возникла "Ялтинская система", в последующем разделившая мир на два блока, боровшихся между собой за мировое господство.

Анархисты-современники событий правильно оценили суть происходящего как очередного империалистического передела мира. Об этом свидетельствует статья во французской анархистской газете "Лё Либертэр", опубликованная в марте 1945 г. Приводим здесь ее перевод:

ПОСЛЕ ЯЛТИНСКОЙ КОНФЕРЕНЦИИ?

Если бы тайная дипломатия была мертва, эта конференция была призвана ее оживить.

Сколько тайн! Отбытие Тройки – тайна! Неприглашение Франции – тайна! Прибытие г-на Хопкинса (в Париж, – перевод.) – тайна! Еще одна тайна – сама продолжительность дискуссий, и, наконец, театральный сюрприз де Голля - Рузвельта. Все это действительно было покрыто максировочным плащом.

И однако же, что таинственного в разделе мира? Разве генерал де Голль не сказал: "Каждая нация борется за свои собственные интересы"? Так чего же скрываться? Война в Европе подходит к концу. Германия проиграла. Настало время прикинуть новое равновесие сил и определить судьбу побежденных. Разработаны планы комбинированного наступления, но война в Европе – это всего лишь часть проблемы, и так как интересы на Тихом океане также в игре, следует определить позиции. Должна ли Россия вступить в войну против Японии, если желает сказать свое слово на Дальнем Востоке? Это весьма вероятно, и позиция российских профсоюзов на всемирной конференции в Лондоне, как кажется, указывала на это. Что касается Японии, то, не желая потерять все, она начала пускать пробные шары, пытаясь узнать, какова будет ее судьба, если она покинет партию. США отнюдь не собираются сворачивать военное производство, но, наоборот, подталкивают его, и франко-советский пакт указывает в том же направлении, поскольку требования Франции будут приняты во внимание в основном благодаря ее военным усилиям.

В плане безопасности, конференция в Думбартон-Оксе не смогла привести союзные державы к согласию. Пятерка Великих образовала Высший совет, который, в случае агрессии, будет принимать решения о войне и мире, вовлекая в конфликт малые государства. Было бы интересно узнать, будет ли решение приниматься единогласно, или будет достаточно большинства. Россия склонялась к единогласию. В Ялте приняли во внимание принцип большинства для малых держав, но окончательное решение, которое будет принадлежать Пяти Великим, сможет приниматься только единогласно. А если завтра агрессия будет исходить от одной из великих держав, должна ли она будет осудить сама себя или обретет свободу рук, вовлекая в свое решение какого-нибудь союзника или друга?

Из всего этого вытекает необходимость сохранять твердость ради обретения прочных альянсов. Настанет день, когда и Германия больше не будет исключена; она займет свое место в европейском концерте. Можно допустить, что с этого момента она не будет испытывать недостатка в поклонниках, и следует опасаться того, как бы нужда в сильных правительствах, проводящих энергичную политику, не подложила нам свинью со стороны хитрых политиков, использующих популярную в данный момент личность. Буланжизм не так уж далек от нас, чтобы о нем не вспомнить...

В экономическом плане, мы далеки от интернационализации сырьевых ресурсов. Нефть Ближнего Востока по-прежнему в игре, со всеми последствиями этого, и США, очевидно, неплохо устроились перед лицом арабских принцев. Более того, присвоение золота и сырья американцами позволит им в самом ближайшем будущем проводить политику силы, не подпуская остальных. И это еще не все. Рейнско-вестфальский бассейн, несомненно, попадет под международный мандат, поскольку, с геологической точки зрения, он образует естественное дополнение к лотарингскому бассейну, и нация, которая стала бы его хозяйкой, имела бы в руках весьма важный источник могущества и экономической конкуренции в сфере черной металлургии. И тут также между собой соперничают Англия и США.

Среди тех, кто недоволен решениями, принятыми на конференции, можно назвать, помимо Франции, Бельгию и Голландию. Эти державы обеспокоены и хотят обменяться взглядами с тем, чтобы гарантировать свою политическую и экономическую независимость. Но нашего внимания заслуживают, прежде всего, нейтралы, которые последними вскарабкались на борт перед великим ударом. В некоторых из них подул воинственный ветер, поскольку стало известно, что мирная конференция не будет открыта для нейтралов. Ведь если вопрос о проливах интересует Турцию, то тем более он не безразличен Англии и России, чья традиционная политика состояла в том, чтобы держать открытой дверь в Средиземноморье, где она всегда сталкивалась лицом к лицу с Англией. Но хотя Турция дружит с Россией, она в то же время в союзе с Англией. Швеция и Норвегия, находящиеся под сильным влиянием США и Англии, также должны считаться, после ухода Германии из Балтийского бассейна, с Россией и новой Польшей и быстро выработать в отношении их соответствующую долгосрочную политику. Португалия вот уже 150 лет является союзником Англии. С ее стороны не следует ожидать сюрпризов, а вот в Испании, напротив, борьба будет жаркой: Гибралтар закрывает Средиземное море с запада, вместе с Танжером напротив, международным городом-анклавом в самом сердце Испанского Марокко, и революция в Испании могла бы сильно изменить положение дел. Ведь в 1936 г. материальную помощь республике оказала только Россия, и если республика вернется, она не станет прислушиваться ни к Лондону, ни к Вашингтону. Ей охотнее предпочли бы национальную концентрацию Мауры – Баррио, которая позволила бы избежать такого развития событий и удовлетворила бы бескомпромиссного демократа Рузвельта. В случае провала этой комбинации, остается еще плебисцит за легитимного наследника Альфонса XIII – дона Хуана, чьи связи хорошо известны.

Так что империализмам дана полная воля, а Атлантическая хартия, которая, по словам самого Черчилля, есть всего лишь руководство, а не закон, мягко уходит в историю. Поскольку Германия (которую до сегодняшнего дня объявляли единственной страной-агрессором) скоро исчезнет, аргументы против возможного агрессора заставляют нас думать о том, что уже затевается будущая агрессия. Но с чьей стороны? В 1914 г. врагом называли германский милитаризм, в 1939 г. – германский нацизм (который, хоть, возможно, и не без труда, можно было пресечь в зародыше). Должны ли ждать 1965 года, чтобы понять, что враг – это империализм? Должен ли рабочий мир взвалить на себя тот мир, который империализм готовит? В Лондоне были представлены 50 миллионов рабочих; они выступили против любой ампутации Германии, как на Востоке, так и на Западе, но это всего лишь очень слабый намек на возвращение к интернационалистской рабочей политике. Тем не менее, мощь, которую представляют профсоюзные организации мира, такова, что подлинная политика пролетарской борьбы, опирающаяся на эти силы, могла бы превратить эту слабую надежду в реальную возможность. Ведь мы, здесь, остаемся неколебимо привержены этому принципу: не господа могут принести нам счастье, но только мы сами, ведь только мы знаем ту цену, которую они заставляют платить нас.

Le Libertaire N°3 (15 mars 1945)

Добавить комментарий

CAPTCHA
Нам нужно убедиться, что вы человек, а не робот-спаммер.

Авторские колонки

Пьер-Жозеф Прудон
Michael Shraibman

Я не согласен по очень многим вопросам с Александром Шубиным, но тут емко и по делу излагается им мысль Прудона: "В XIX веке уже было признано, что плохо, когда вами правит абсолютный монарх. Абсолютизм - это плохо. Это французы уже поняли. Эту утопию мудрого правителя они уже реализовали и...

1 неделя назад
Michael Shraibman

Год назад в мире поднялась новая волна протестов. Впрочем, в тот момент никто этого не осознавал. Когда «Желтые жилеты» во Франции подняли бунт против нового налога на топливо, никто и не думал, что это превратится в глобальный кризис. 2019 год изменил ситуацию. Социально-экономические...

2 недели назад

Свободные новости