Еще раз о событиях в Ингушетии

То, что происходит сейчас в Ингушетии, это победа традиционного родового общества над государством. Утверждать, что в тайповом конфликте Евкуровский тайп стал бы на сторону Евкурова, значит не понимать (или делать вид, что не понимаешь) разницу между тайпом и госучреждением. Нет никакого тайпа Евкурова, есть тайп, к которому принадлежит Евкуров, не являющийся даже главой тайпа. Впрочем, если бы он и являлся таковым, это бы мало что меняло. Глава тайпа – не начальник канцелярии, а рядовые члены тайпа – не чиновники, подчиняющиеся начальству. Тайп призван отстаивать интересы всех своих членов, а не избранных. Изменение границы затрагивало интересы всех ингушей, в том числе и ингушей из того тайпа, к которому относится сам Евкуров. Причем затронуло именно потому, что в этом регионе кровно-родственные отношения играют огромную роль и передача земли другой республике означает для представителей народа, переставшего быть «титульным», фактическое понижение в правах, даже если формально это не так. И именно поэтому все тайпы выступили единым фронтом – так в свое время и создавались племена и союзы племен. И санкции против Евкурова принимались вполне в духе родоплеменных традиций, например, запрет на браки с родственниками Евкурова. И неслучайно все это произошло с ингушами – народом, который на Кавказе считается самым «диким» – то есть наименее разложенным цивилизацией, наиболее сохранившим древнюю самоорганизацию. Даже по сравнению с чеченцами, у которых родоплеменная организация была сильно разрушена и вытеснена (или, во всяком случае, потеснена) военно-государственной во время войн. В Армении смена власти тоже стала относительно мирной, именно потому, что президент не решился отдавать приказ о разгоне протестующих в день геноцида армян – это было бы святотатством. И даже в Польше в 1980 обошлось без кровопролития (хотя протест и был подавлен) в значительной мере потому, что поляки не хотели убивать поляков. И вообще все буржуазные революции были национальными. Но буржуазные революции происходили в обществе, где традиционные институты были разложены и искажены, где общенациональные интересы на поверку оказываются интересами национальной элиты. В Ингушетии же мы видим не буржуазную революцию, а именно отстаивание действительно общеплеменных интересов.

Родоплеменная организация – самая древняя в истории человечества. Однако это не значит, что из нее не может вырасти что-то совершенно новое. Сплошь и рядом новейшее вырастало не из нового, а из старого, подобно тому, как земноводные произошли не от передовых лучеперых рыб, а от отсталых кистеперых, или млекопитающие – не от прогрессивных динозавров, а от архаичных тероморфов. Так что вполне возможно, в дальнейшем тайповая структура в условиях социальной активности породит что-то новое, передовое. А может быть, не породит ничего. Будущее покажет. Пока же она существует и успешно действует в современном обществе и является его частью, точно так же, как медузы и актинии является частью современного биоценоза, хотя появились еще в те времена, когда на планете ни то что позвоночных, и червей-то не было.

На большей части России такое невозможно – тут ОМОНовец никогда не откажется бить протестующих только потому, что говорит на одном с ними языке, тем более что языки и народности тут изрядно перемешаны. Хотя бить земляков может и отказаться. Отказался же львовский ОМОН разгонять сторонников Майдана, да еще и пригрозил, что если во Львов сунется киевский, то львовские ОМОНовцы переоденутся в гражданку и пойдут драться с киевскими. Теперь он, кстати, разгоняет социальные протесты с участием бывших майдановцев и даже участников АТО. Но между Украиной или любым другим обычным евразийским государством и РФ, занимающим большую часть русской Евразии, есть разница. Львовянину никогда бы не пришло в голову, что Львов – это не Украина, а Галиция. И донбассцу бы не пришло подобное, если бы не РФ. Только в Крыму могли быть и были сильные сепаратистские настроения, хотя и тоже подогреваемые Россией, но все же выросшие естественным путем. А вот мысль о том, что Омск – не Россия, а Сибирь, или даже, что Ростов – не Россия, а Дон, может прийти в голову многим. Распад РФ – вещь вполне Возможная. К сожалению, она не решит социальных проблем, лишь на время, быть может, отложит, а затем они возникнут снова – на смену китайским расхитителям леса придут местные. Возможен, правда и другой вариант – протестующие Ингушетии и, возможно, каких-либо других небольших районов подадут пример, а социальные проблемы – повод, и произойдет социальный взрыв, который охватит всю страну. Но это менее вероятно. А наиболее вероятен смешанный сценарий, при котором социальные конфликты будут перемешиваться с региональными, что тоже чревато распадом.

Распад РФ может где-то облегчить развитие социальной борьбы, но где-то может и усложнить, причем конкретные варианты мало предсказуемы. Например, если Крым и Дон отделятся от Москвы, это может погасить территориальный конфликт с Украиной (Крым просто ничей, а Донбасс один просто не сможет существовать) и тем самым обеспечить возможность социального Майдана (раз внешние проблемы сняты, то можно, наконец, начать решать внутренние), но может и наоборот привести к новым войнам (Украины против независимого Крыма или против Дона за Донбасс).

Поэтому не надо бояться распада, но и не надо на него слишком надеяться. Надо участвовать в массовых движениях, стараясь придать им социальную направленность. Ну, и, пожалуй, стоит особо отметить, что наименее желателен распад по территориально-региональному принципу, а наиболее неприятен – по национальному, ибо в условиях сильной национальной смешанности российского населения он может привести к этническим чисткам. Разумеется, если отдельно взятое татарское или мордовское село захочет отделиться от русскоязычного района или русскоязычное от татарского, не требуя, чтобы для соединения с другим таким селом ему создали национальный коридор, из которого надлежит выселить всех инородцев, ему не следует мешать. Но рано или поздно такому селу все равно придется иметь дело с соседями – иначе оно просто не сможет вести хозяйство. Не говоря уже о том, что и в таком селе могут быть и отдельные жители другой крови, и даже смешанные семьи. Кровно-родственная организация, бывшая прекрасной в палеолите, в наше время уже имеет кучу недостатков.

Об этом стоит помнить и применительно к ингушскому конфликту. И если даже в данном отдельно взятом случае тайпы проявили себя как идеальный инструмент, это не значит, что они будут таковым в любой ситуации. Повторю – из них может вырасти что-то весьма удачное. Но может и не вырасти. И в любом случае пока еще не выросло. Это надо понимать. Поэтому не стоит идеализировать ингушскую тайповую революцию. Но и недооценивать ее не стоит.

Добавить комментарий

CAPTCHA
Нам нужно убедиться, что вы человек, а не робот-спаммер.

Авторские колонки

Владимир Платоненко

То, что происходит сейчас в Ингушетии, это победа традиционного родового общества над государством. Утверждать, что в тайповом конфликте Евкуровский тайп стал бы на сторону Евкурова, значит не понимать (или делать вид, что не понимаешь) разницу между тайпом и госучреждением. Нет никакого тайпа...

2 недели назад
Александр Галич
Владимир Платоненко

За трагедией в Керчи и прочими безобразиями как-то незаметно прошло столетие со дня рождения Александра Галича (19.10.18). Сейчас о нем, правда, уже мало кто знает. И потому о нем стоит рассказать. Настоящая фамилия Галича – Гинзбург. Псевдоним он скорей всего взял, чтобы скрыть свой...

3 недели назад
9

Свободные новости