Вытеснят ли роботы людей из производства? Уроки прошлого для будущей работы

В начале XIX столетия машины стали вытеснять людей из производства. Целые регионы Англии превратились в зону бедности. Квалифицированные ремесленники больше не могли зарабатывать деньги прядением тканей на дому. Их труд был уничтожен конкуренцией машин, сбытом дешевой продукции фабрик. Тогда появляется движение луддитов - обнищавшие мастера крушили заводы, уничтожали механические станки. Не менее радикальным оказалось рабочее движение на английских фабриках. Работавшие на станках по 12 часов в сутки за гроши бывшие мастера и вольные фермеры не собирались сдаваться. В те времена рабочие на своих секретных собраниях принимали решения о забастовках, физической ликвидации штрейкбрехеров и наиболее жестоких начальников. В 1830-е гг сотни тысяч английских рабочих бастовали, добиваясь не только улучшения условий труда, но и захвата фабрик в самоуправление, и создания собственных систем власти - рабочего парламента. Все это стало результатом создания машинного производства, изменившего сначала Англию, а затем весь мир. К чему приведет сегодня массовое внедрение на производстве роботов? Какие изменения это вызовет? Что станет с рабочими местами, с трудом? Ниже перевод статьи Роберта Аллена, известного американского экономиста, профессора экономической истории Нью-Йоркского университета в Абу-Даби. Вытеснят ли машины людей из производства или, наоборот, создадут новые улучшенные рабочие места и условия жизни? Как это происходило в прошлом?

***

Сегодня уже не первый раз люди переживают о том, что машины сделают человеческий труд устаревшим, обогатив немногих и превратив большинство в бедняков. Со времен промышленной революции механизация вызывала споры. Машины увеличивали производительность труда, повышая доходы на душу населения. Но они так же угрожали лишить людей работы, снизить их заработную плату и вручить все выгоды от экономического роста владельцам предприятий. Операторы прядильных станков британского Ноттингема (луддиты), разбили новейшие машины, которые угрожали их рабочим местам. В 1760-х и 1790-х годах возмущенные толпы сжигали прядильное и ткацкое оборудование на фабриках. Ну а теперь роботы угрожают работе, зарплате и равенству. Предназначены ли последние достижения технического прогресса для того, чтобы принести пользу только 1% лучших работников?

На этот вопрос экономисты ответили: "Нет!". Технический прогресс последних трех столетий привел к тому, что страны Запада (то есть наиболее развитые на сегодняшний день государства) стали получать доходы, которые намного выше, чем в 1700 году (в реальном выражении). Доля взрослого населения, занятого в экономике этих стран, находится на рекордно высоком уровне. Несмотря на механизацию, автоматизацию и компьютеризацию, люди нашли работу. Почему-то экономика все отрегулировала; почему-то так будет происходить и дальше. Мне этот ответ кажется слишком упрощением.

Фазовый сдвиг

У нас были периоды экономической истории, когда дела обстояли плохо, и мы должны задаться вопросом, находимся ли мы сегодня в другом периоде. Кроме того, в ответе на вопрос о будущем работы очень многое зависит от того, где именно вы находитесь. Большинство дискуссий на Западе сосредоточены на том, как технологическая эволюция на Западе влияет на рабочие места на Западе. Эти рамки - слишком узкие для XXI века: мы должны исследовать влияние технологических изменений на труд везде, по всей планете. В течение последних трех столетий глобальная экономика была достаточно интегрирована для того, чтобы новые технологии в одном месте влияли на работу в других местах. Вместо того, чтобы задавать вопросы о том, как машины повлияют на работу в течение следующих столетий, не получая на них ответы, мы можем спросить, что изобретение текстильной фабрики означало для девушки, жившей в Манчестере, Великобритания, в 1800 году, или для жены фермера - производителя риса в Китае в дельте Янцзы в те же времена. Технологические изменения повлияли на будущее их работы очень по-разному и зачастую пагубно. Подобные вещи происходят и сейчас. Мы должны разделить прошлое на периоды, когда действовали определенные тенденции.

Предлагаемые мною датировки этих периодов отражают вехи истории Запада, которая не столь ограничена, как кажется: глобализация означает, что события в одном регионе затрагивают другие места на планете. Вот эти три этапа:

  1. Промышленная революция (1750-1830 гг.);

  2. Западное восхождение к богатству (1830-1970 гг.);

  3. Проблемное настоящее (с 1970 г.).

Каждый этап содержит уроки и актуальные для современности вопросы.

Промышленная революция

Промышленная революция стала творческой реакцией Великобритании на глобализацию мировой экономики, которая произошла после путешествия Колумба в Америку в 1492 году и Васко да Гамы вокруг Африки в Индию в 1498 году. Британские колонии в Северной Америке, Карибском бассейне и Индии сформировали большой рынок сбыта для изделий британской ремесленной промышленности. Объем экспорта вырос. К середине восемнадцатого века примерно треть рабочей силы Великобритании была занята в производстве металлических изделий и тканей. Сейчас получены большие массивы данных о заработной плате и ценах за этот период (они были собраны исследователями, работавшими над этой темой с 1980-х гг). Данные свидетельствуют о том, что реальная заработная плата англичан выросла в результате бума экспорта. Изобретатели разработали машины для экономии дорогостоящей рабочей силы. Механизация оплачивалась в Британии, а не где-либо еще, потому что труд был здесь дороже по сравнению с капиталом; именно поэтому Промышленная революция стала в первую очередь британским делом. Рабочие руки оказались настолько дорогими, что бизнесу пришлось делать ставку на использование новейших машин, уменьшавших потребность в работниках.

Текстильные изделия были самым важным производственным продуктом в мире (с точки зрения занятости) до промышленной революции, так что первым делом было механизировано именно это производство. Английские производители боролись за механизацию производства именно потому, что английские зарплаты были так высоки. Изобретение в 1760-х и 1770-х годах прядильных машин для ускорения производства тканей, включая прядильню Дженни Харгрива, водную раму Аркрайта и прядильную машину Кромптона, решило проблему. Первыми жертвами технологической безработицы стали британские женщины, которые пряли хлопок вручную. Позже пострадало гораздо большее количество тех, кто прял шерстяные ткани, как только техника была адаптирована и к этому волокну.

Вскоре рабочие места начали исчезать повсюду: от Касабланки до Кантона. Инвестиции в прядильные машины имели смысл только в экономике высокой заработной платы Англии восемнадцатого века, таким образом, они значительно повысили конкурентоспособность английских производителей без выгоды для других наций. По мере того, как росло число рабочих мест на британских текстильных фабриках, массовая технологическая безработица распространялась в Африке и Азии. Крушение индийской торговли хлопком около 1830-х годов заставило британского генерал-губернатора сделать следующее замечание : “Кости ткачей отбеливают равнины Индии.” В 1820 году будущее жены английского фермера было очень плохим. Она потеряла возможность увеличить доход своей семьи работая пряхой, трудившейся неполный день, как это делала ее мать. Такая же судьба постигла жену фермера в Ганге или в дельте Янцзы.

Некоторые британские женщины нашли работу на хлопковых фабриках, но таких оказалось меньшее, чем работниц ручного труда в недавнем прошлом. Напротив, будущее занятости в мире механизации оказалось благоприятным для железнодорожных инженеров, каменщиков и металлургов, не говоря уже об огромном количестве предпринимателей среднего класса и профессионалов, которые руководили предприятиями либо обслуживали промышленную экономику.

Машины использовались для экономии рабочей силы в большинстве отраслей в первой половине XIX века. Поскольку различные виды производства один за другим были ликвидирована в Британии, доходы рухнули в пострадавших от сокращений секторах, и это, само по себе, снизило средний национальный заработок. Перемещенные рабочие сменили профессию, потеряв часть заработной платы.

Луддитов и прочих противников механизации часто изображают как иррациональных врагов прогресса, но они не были людьми, извлекавшим выгоду из новых машин, поэтому их противостояние техническим новшествам имело смысл. Последствия были весьма суровы (см. "Тенденции в сфере труда, оплаты труда и производства"). Хотя объем производства на одного работника вырос с 1770 до 1890 года, реальный рост заработной платы был незначительным с 1770 до примерно 1830 г. Во время Индустриальной революции (первая фаза) производительность труда и средняя заработная плата росли так же, как и за последние 40 лет.

Западное восхождение к богатству

Средняя реальная заработная плата начала расти только в середине девятнадцатого века, когда более производительный труд на заводах заменил ремесленников. К 1850 г. Британия стала "мастерской мира". Соединенное Королевство, насчитывающее лишь около 3% населения мира, производило около половины железа на планете. Решительное превосходство промышленного производства обнаруживаем лишь на этом этапе истории. Новая норма для Западе заключалась в том, что производительность труда и заработная плата развивались вместе, поскольку промышленная революция распространилась по Европе и Северной Америке. Хотя на этом пути случались катаклизмы, например депрессия 1930-х годов и Вторая Мировая война, период от середины XIX века до 1970 года стал эпохой, когда рабочий класс выиграл от роста производительности труда. Доходы стали более равными. Это экономические показатели, которые многие считают нормой. Вопрос о том, как сложилась такая благоприятная ситуация, является основополагающим.

Кажется, это была система с положительной обратной связью. Рост доходов привел к спросу на более модные промышленные товары (например, велосипеды, затем автомобили) и услуги (путешествия, розничная торговля и медицинское обслуживание). Это создало рынки, которые способствовали технологическим изменениям и привели к созданию рабочих мест, которые были более эффективными, - рабочих мест для для образованных людей. Необходимость в образованных работниках привела к расширению государственного обеспечения образования. Растущее число образованных людей побуждало к изобретению технологий, которые использовали преимущества хорошего образования. Эти технологии привели к дальнейшему росту спроса на образование. В то же время государственное обеспечение инфраструктуры - например, дорог и аэропортов - приобрело решающее значение для развития автомобиле - и авиастроения. Общественная поддержка научных исследований в области медицины, сельского хозяйства и технологий, имеющих военное применение, таких, как электроника и авиация, лежит в основе многих достижений. Социальное государство помогло распространить выгоды экономического развития среди населения. Этот всплеск был образцом экономического роста, когда технический прогресс приносил пользу большинству людей на Западе.

Но для Азии и Африки все сложилось иначе. До промышленной революции Китай и Индия имели крупнейшие производственные секторы в мире, поскольку они имели наибольшее население, а народы были в основном самодостаточными в эпоху до глобализации. По мере роста темпов промышленной революции доля Великобритании в товарах, производимых во всем мире, возросла и достигла пика примерно в четверть мирового рынка в конце девятнадцатого века. Доля Западной Европы и Северной Америки также возросла. В тот же период акции Индии и Китая рухнули. Это падение представляло собой абсолютную деиндустриализацию, а не просто изменение процента людей, занятых в производстве. Технологическая революция, распространившаяся на Западе, создала на Востоке современные "слаборазвитые страны" (в Азии, Африке и Южной Америке). Она превратила их в экономики, экспортирующие исключительно первичные продукты и сырье — пшеницу, рис, бокситы, масло — а не вторичные продукты, такие, как ткани и фарфор. С 1830х гг технический прогресс на Западе означал мрачное будущее для трудящегося населения в других регионах планеты.

Проблемное настоящее время

За последние четыре десятилетия имеет место потеря рабочих мест в обрабатывающем секторе в западных странах, замораживание или падение реальной заработной платы и рост неравенства, тогда как рост экономики исчисляется 1% (вероятно, имеются в виду среднегодовые темпы роста ВВП в странах Запада за последние десятилетия - прим. пер.). Закончилась ли "новая норма" в 1970 году, или современные тенденции - это просто временные трудности, случайный всплеск? Может быть, возвращение к нормальности 1850-1970 гг произойдет в ближайшее время — то есть начнется одновременное повышение производительности труда и заработной платы?

Некоторые люди считают, что вновь появятся петли обратной связи между образованием и технологией, создавая новые наукоемкие, высокодоходные рабочие места на Западе, чтобы заменить потерянные рабочие места в обрабатывающей промышленности. Компьютеры и роботы спасут нас. Я более пессимистичен. Рост реальной заработной платы, начавшийся в середине XIX в. и рост выработки на одного работника, завершились в 1970-х годах (см. "Тенденции в сфере труда, оплаты труда и производства"). Реальная заработная плата росла более медленными темпами, чем производительность труда в 80-е и 90-е годы, или вообще стагнировала, как в Соединенных Штатах. В некоторых случаях (например, в Соединенном Королевстве) заработная плата фактически снижалась в реальном выражении за последнее десятилетие. Отклонение этой величины от тренда свидетельствует о том, что новая картина не может быть переходной. Аналогичным образом, восстановление общего неравенства в развитых странах, таких, как Соединенные Штаты, за последние 40 лет является беспрецедентным. Уровень неравенства во многих странах рос по мере индустриализации, а затем стал падать: эта тенденция называется Кривой Кузнеца (после Нобелевской премии Саймона Кузнеца). Но рост неравенства с 1970 года показал, что это - обратимая черта экономической истории. (Кривая Кузнеца — гипотеза о том, что в странах, стоящих на ранних ступенях экономического развития, неравенство доходов сперва возрастает, но по мере роста экономики имеет тенденцию снижаться.- прим. пер.).

Неравенство - это область, в которой было проведено много исследований, в ходе них собраны и изучены большие массивы данных. Некоторые ученые сосредоточились на доле общего дохода, которая приходится на верхние 1% или 5%. Другие используют индексы, которые включают информацию со всех уровней распределения доходов. Как мы интерпретируем результаты, зависит от широты видения. Во многих странах распространенной практикой является снижение неравенства с начала ХХ в. до 1970-х годов, а затем его рост. Это касается, например, Соединенных Штатов, Соединенного Королевства и Китая. На глобальном уровне, неравенство неуклонно повышался с 1820 по 1990 гг, а затем оно несколько снизилась. Эта модель учитывает неравенство как между странами, так и внутри них. Рост доходов на душу населения на Западе во второй фазе усилил глобальное неравенство. На третьем этапе глобальное неравенство сократилось, несмотря на то, что неравенство возросло во многих богатых и бедных странах.

Почему петли обратной связи, которые привели ко всеобщему процветанию на Западе в период между 1850 и 1970-е годы, как кажется перестали работать сегодня? Большим изменением является индустриализация Азии — сначала Японии, начиная с 1870-х годов, затем Южной Кореи и Тайваня со времен второй мировой войны, а теперь и Китая (см. "Тенденции в сфере труда, оплаты труда и производства"). Эти страны вытеснили западные нации в качестве дешевых производителей промышленных товаров. Торговые потоки изменились и Азия отправляет текстиль и сталь в Европу, а не наоборот. Технологический прогресс в Азии резко повысил доходы и уровень занятости в регионе. Будущее работы для тех, кто родился в Китае в 1990 году, действительно светлое - при условии, что страна сможет избежать экологических кризисов и истощения ресурсов.

Но глобализация означает, что светлое будущее Азии вызывает опустошение в других странах. Импорт дешевой японской стали и транспортных средств вызвал экономический коллапс в Ржавом Поясе в США и в их аналогах в Западной Европе (за исключением Германии). Западная деиндустриализация - оборотная сторона Восточно-Азиатских чудес. Дешевый китайский импорт может принести пользу африканцам как потребителям, но может лишить их перспектив занятости.

К тому же, Китай в настоящее время приобретает большое количество земли в Африке, чтобы гарантировать себе доступ к продовольствию и минеральным ресурсам. Трудно поверить, что производство или информационные технологии когда-либо восстановятся на Западе, сколько бы роботов там ни устанавливали, сколько бы виз не аннулировали, какие бы торговые соглашения не разорвали и какие бы стены не построили.

Мы не можем прогнозировать будущее без понимания взаимоотношений науки, техники и экономики, потому что технические изменения являются важным определяющим фактором для будущего. Я изучал вопросы промышленной революции с использованием бизнес-счетов и истории изобретений. Паровой двигатель, например, стал результатом применение науки семнадцатого века (открытия, что атмосфера имеет вес и что конденсационный пар создает вакуум). Напротив, хлопчатобумажные заводы мало чем обязаны науке и многим - попыткам сократить затраты на относительно дорогостоящую занятость. Как развивался баланс между знаниями и стимулами? Чем больше технология развивается в ответ на экономические стимулы, а не на "случайные" научные открытия, тем более целесообразно направлять ход технического прогресса на благо большего числа людей. Кроме того, хлопчатобумажные заводы промышленной революции увеличили спрос на рабочих без образования, тогда как более современные технологии требуют большего образования. С чем связано это различие? Сохранится ли современная тенденция - потребность в образованных работниках? Если нет, то надежда на то, что будущее, основанное на знаниях, сделает жизнь для всех лучше, обречена.

Комментарии

Не вполне понятно, что автор имеет в виду под "Трудно поверить, что производство или информационные технологии когда-либо восстановятся на Западе".

А что на Западе сейчас не так с информационными технологиями? У США и Европы по-прежнему безусловное лидерство в искусственном интеллекте и прочих связанных вещах, хотя Китай и пытается догонять.

Лидерство может и на западе, а вот рабочие места все на аутсорсе.

Традиционные "рабочие места", как верно написано в статье, всё равно скоро будут роботизированы (если уже не). Для IT важно не где платы паяют, а где придумывают новые алгоритмы. И это пока всё-таки в основном Запад.

Не вполне понятно, что автор имеет в виду под "Трудно поверить, что производство или информационные технологии когда-либо восстановятся на Западе".------------------ Я тоже этого не понял.

Добавить комментарий

CAPTCHA
Нам нужно убедиться, что вы человек, а не робот-спаммер.

Авторские колонки

Владимир Платоненко

Утверждение, что, пока россияне боялись новых 90-х, пришли новые 30-е, продолжает подтверждаться. И дело не только в том, что людей сажают, но и в том, что сажают, чтобы посадить – посадка становится самоцелью. ФСБ-шникам нужно есть, стало быть, нужно получать зарплату и, стало быть, нужно...

3 недели назад
2
Владимир Платоненко

Готовящиеся повышения пенсионного возраста и НДС – еще одна мина под российское государство. Ибо государство в сознании россиян существует в двух ипостасях: злодея, налагающего всевозможные налоги и штрафы, и благодетеля, раздающего пенсии, пособия, льготы и прочие социальные блага. Теперь...

1 месяц назад

Свободные новости