Дагестан: участники забастовки водителей грузовиков настроены решительно

С начала второй волны протестов против «Платона» (системы взимания платы за проезд большегрузов), которая стартовала в понедельник в формате всероссийской забастовки водителей, в интернете уже успели распространиться фото и видео с разбитыми и поврежденными лобовыми стеклами фур.

Как утверждается в поясняющих подписях к этим материалам, таким способом участники всероссийской стачки заставляют тех, кто не присоединился к бастующим и вышел на рейс, не быть «штрейкбрехером» и поддержать акцию. Значительная часть таких фотографий поступила из Дагестана. Кроме фото известны и два видео с сожженными остовами грузовиков — и тоже из этого региона.

«Новая газета» следит за ходом крупной протестной акции и уже писала о том, что забастовка в Дагестане стала самой массовой среди российских регионов, а ее участники настроены наиболее решительно.

Им пытается противодействовать власть. Известно, что лагерь дагестанских дальнобойщиков под Манасом вечером в среду, по сообщениям очевидцев, оцепили бойцы Росгвардии, сменившие обычные полицейские подразделения.

Чтобы узнать детали акции протеста и предположить, как будет развиваться забастовка в этом году, корреспондент «Новой газеты» встретился в Москве с двумя координаторами дагестанской стачки: Рустамом Малламагамедовым, лидером дагестанских дальнобойщиков, и Тимуром Исаевым, координатором протестов по городу Махачкале, только вчера прибывшим из республики в столицу.   

Команда из Москвы

Рустам: Последние новости такие: в Манасе военные, предположительно, Росгвардия, оцепили дорогу и лагерь дальнобойщиков. Пока никаких столкновений с ними нет, но ситуация очень серьезная. Утром были сообщения о том, что отряды ОМОН предприняли попытки разогнать водителей, отправившихся к отделению полиции, чтобы поддержать уже арестованных товарищей, но позже эта информация не подтвердилась. Меня лично в республике занесли в список экстремистов (речь, по-видимому, идет о попадании в так называемый список «профучета», фигуранты которого попадают в разработку центров «Э» — Ред.), звонки поступают постоянно. Пытаются давить через родственников. Вчера пришли к отцу, дали бумажку: подпишите, что не будете участвовать в митингах. Он ответил: буду участвовать в митингах, и прямо так в этой бумажке и написал: «Обязуюсь участвовать в митингах, во всех митингах, которые идут в пользу народа».

Давление оказывают и на других водителей, участвующих в забастовке. Говорят, пришла команда из Москвы найти и привлечь организатора стачки. По этому делу каждый день в полицию вызывают Шамиля Джабраилова — простого водителя. По факту он простой водитель, участник. В Карабудахкентском районе задержали пятерых еще 28 марта, и до сих пор никого не выпустили.

— Как понимать видео с сожженными машинами тех дальнобойщиков, которые отказались участвовать в стачке и вышел в рейс? 

Рустам: В Дагестане машины точно не жгли. Был только случай, в ночь с 26 на 27 марта, когда грузовик сгорел из-за неисправной проводки.

— А стекла бьют? Таких фотографий тоже немало.

Рустам:  Лобовые стекла, действительно, бьют. И это уже десятки случаев, причем не только в Дагестане…

Тимур: Большинство протестующих агрессивные действия не поддерживает. Мы разъясняем словами, но у некоторых просто накипело, кто-то перенервничал — и вот пошел на крайние меры. Кто это был именно, я вам имен не назову. Сам не знаю.

Рустам: Сейчас в республике встали не только тяжеловозы, но и газели, которых «Платон» не касается. Всего стоит около сорока тысяч машин, а это практически сто процентов. Сами дальнобойщики не пропускают ни одну грузовую машину через Дагестан. Вне зависимости от номеров. Если увидим кого — останавливаем. На азербайджанской границе стоит около 200 грузовиков, из Ирана. Пять из них прорвалось, но и тех потом догнали и убедили встать на стоянку.

«Задача, чтобы люди, перестав смотреть телевизор, увидели в магазинах пустые полки»

Рустам: У нас задача, чтобы полки в магазинах опустели. Чтобы люди отошли от телевизора и увидели, что на самом деле происходит в стране. Нам нужна поддержка. Сейчас в Дагестане стоят все: и крупные предприятия, и частники. Мы выступили единым фронтом.  Азербайджанцы относятся к сложившейся ситуации с пониманием, впрочем, мы их заранее предупреждали, всех. За три месяца.

Тимур: Мы — дальнобойщики, рабочий класс. Мы зарабатываем физическим трудом. Рабочий класс строится на взаимной поддержке. Те люди, которые сейчас выходят в рейс, они и без забастовок ведут себя эгоистично, это те самые люди, которые проедут мимо, если ты сломался. Такая черта характера. У них корыстные ценности на первом плане. Какое к ним может быть отношение? Только негативное. И уж если честно, кирпич в стекло — это крик души. Это делает человек отчаявшийся, и его надо понять. Таких сейчас пять-десять процентов, но с каждым днем становится все больше. Многие на грани. Нервы не железные.

— Все из-за «Платона»?

Тимур: Да. Промышленность разрушена в республике, тут села есть, где извозом  зарабатывают практически все мужчины. За баранкой сидят люди с двумя, с тремя высшими образованиями, потому что больше работать негде. В Дагестане невозможно ни кредит взять, ни на земле работать по-человечески. Тут всех уже достали эти чиновники, менты, везде нужны откаты. А «Платон» — последняя капля.

— Как реагируют местные чиновники?

Рустам: Мы поставили ультиматум: центральное телевидение нас должно заснять в прямом эфире, и только после этого мы начнем диалог. А требования звучат так: отмена «Платона» и отставка правительства. Местные чиновники телевидение обещали. «Первый канал» и НТВ. Верим с трудом.

Протестующие умеют считать

— Как вы понимаете позицию министерства: что частники должны уйти, оставив только крупные компании на рынке перевозок?

Тимур: У нас 90% — частники. В начале 90-х автобазы развалились, мужики взяли на себя содержание машин. И ремонт, и запчасти, и бензин, все государство сбросило на плечи частника. А теперь говорят: частник не нужен, пусть останутся только крупные. Но ведь, мы дальнобойщики, по всей стране экономику поднимали, покупали лес в Вологде, везли его в Дагестан. Тянули на себе отрасль. И что нам теперь взамен предлагают? Мы — налогоплатильщики.

Они нас называют «серыми», но ведь даже те из нас, кто не оформлял свою деятельность как индивидуальный предприниматель, мы все равно работаем по договору, там есть и НДФЛ, и прочие налоги. Фирма ведь груз получает официально, заполняется бумага, все положенные отчисления указаны. Это на наши деньги государство существует. Если мы остановимся, то и экономика остановится. Сам посчитай, с одного литра бензина мы платим 9 рублей топливного сбора, одна поездка, это тысяча литров, а то и больше. В месяц каждая машина делает пять-шесть рейсов, кто-то больше, сколько из-за простоя потеряет государство?

— Прошлогодние протесты закончились почти безрезультатно. «Платон» никто не отменил, а теперь и сборы повышают… Многие водители тогда остались безучастны к протестам. Стоял только Дагестан. Что будет, если история повторится и в этот раз?

Рустам: Мы смотрим, как себя поведет центр, но даже если Россия не встанет — хотя она уже встала по сути, и в Уссурийске, и в Нижнем, и в Вологде, и в Саратове, Оренбурге, Тюмени, Улан-Уде, — мы все равно не отступим. Полиция это понимает,  в глубине души они с нами, но у них приказ. Теперь, год спустя, мы уже требуем не только отмены «Платона», но и отставки правительства. Потому что нас не слышат, с нами не хотят общаться. Нас считают за быдло, арестовывают, пугают. Мне звонят сотрудники МВД республики, просят: успокой народ. Я успокаиваю, но народ очень напряжен.

 

Добавить комментарий

CAPTCHA
Нам нужно убедиться, что вы человек, а не робот-спаммер.

Авторские колонки

Michael Shraibman

Существуют общественные или политические движения, группы или партии, которые оказывают давление на государство с целью усиления государственного контроля. Некоторые группы (социал-демократы и другие социалисты-государственники, большинство профсоюзов, леволибералы) хотят, чтобы государство лучше и...

6 дней назад
5
Michael Shraibman

Почему в некоторых странах так усилилась леволиберальная пропаганда, направленная на защиту безопасности? Даже на уровне речи требуется исключить любые признаки агрессии, не говоря об отношениях. Может быть, они хотят полностью лишить общество агрессии, чтобы лучше им управлять? Это хорошо...

1 неделя назад
14

Свободные новости