Эжен Потье: Подборка стихотворений.

 Большинству этот человек известен как автор слов знаменитого Интернационала, ставшего в последствии гимном мирового рабочего движения, а на некоторое время и гимном СССР. Представляем вам небольшую подборку классово верных стихов Эжена Потье - анархиста, участника Парижской Коммуны и 1-го интернационала, поэта революции и её борца.

 Переводы А. Гатов, А Мушникова, А. Коц.

 
Вымершие типы

 Всё сметено, и новый мир встаёт,

 И расцвела наука не бывало:

 Нет армии, исчезли арсеналы.

 Нет цезаря. Нет рабства и господ.

 

 Педантов нет, и розга не сечёт,

 Протянуты и рельсы, и каналы..

Как дым кадил, исчезли кардиналы

 И не идут обманывать народ.

 

А чучела, носившие короны,

 Растоптаны. Разрушены их троны.

И старики не знают старины.

 

А вымершие типы повиднее

Под стёклами поставлены в музее

И к допотопным гадам причтены.

 

Стачка

В Анзее стачка... По полям

Гудит набат неутомимо...

Скорей, на помощь горнякам!

Им победить необходимо.

 

Помочь товарищам в борьбе - 

Наш первый долг. Наш долг священный

Быть там, где раб своей судьбе

Бросает вызов дерзновенный.

Борцы без хлеба... День за днём

Терзает голод их до боли...

Пусть мы, голодные, урвём

Им по куску от нашей доли!

 

Не эти ль каторжники нам

Взрывают камень, что горенье

Даёт мащинам и станкам

И жизнь, и силу, и движенье?

Лишь только на груди своей

Они скрестят в молчаньи руки,

Машина, сердце наших дней,

Тотчас замрёт в предсмертной муке.

 

Вам слышен скорбный плач семей?

Он оживляет поединок...

Охвачен стачкой весь бассейн

И дышит волею единой...

Допусти ли, чтоб горняки

Опять по-рабски спину гнули?

Бросайте ваши медяки:

Они врага разят как пули!

 

То - пули для убийц, воров,

Для тех, кто, век живя на воле,

Нещадно грабит бедняков,

Глумясь над их несчастной долей.

Пусть дрогнет эта вся орда

Жиреющих от тунеядства

Кто рентой множит без стыда

Свои безмерные богатства!

 

Мир людоедов - палачей,

Кто шар земной, поля и нивы,

Считают вотчиной своей,

Чей бог единый - бог наживы!

 

Даря плоды высоких дум,

Творя правдиво и сурово...

Он всё познал: обман мечты,

И гнев, и радость без предела - 

Он, депутат от жертв расстрела,

Наш кандидат от бедноты...

 

Но жив Интернационал

Назло немецким властелинам!

И гроб Валлеса увенчал

Венок рабочих из Берлина.

Лишь вас он, буржуа - плуты,

 Громил нещадно - и за дело! -

 Наш депутат от жертв расстрела, 

 Наш кандидат от бедноты...

  

Настанет день, придёт черёд,

 Услышит мир буржуазии

 Твой, революция, приход,

 Дыханье огненной стихии.

 Зажжён рукою нищеты,

 Свети как факел, воин смелый,

 Наш депутат от жертв расстрела,

 Наш кандидат от нищеты!

 

 Война

 Война - и сразу загудели

 Нам в уши вороны: "Вперёд!"

 Нам безразлично в самом деле:

 Ведь каждый день война идёт.

  

По крайней мере, сбросив маску,

 Хохочет, челюстью звеня,

 Скелет, который носит каску

 И оседлал скелет коня.

  

 Непримиримы и упрямыц

 Два класса в распре с давних пор.

 То здесь торговли волчьи ямы,

 То там в семье кровавый спор.

  

 У власти бандитизм убогий:

 Чуть что - на каторгу, под нож!

 Грабёж, запретен, но налоги - 

 Не что иное, как грабёж.

  

 Она повсюду, жажда крови,

 Инстинкта дикого возврат.

 Ножи убийцы на готове,

 Кастень и Ласенер спешат.

  

 Ах, сын твой чести удостоен!

 Он призван - мало ли полков!

 Он в пасть одной из скотобоен

 Отправлен кликой мясников.

  

 Соперничающие кланы,

 Индейцы в перьях, рвёмся в бой

 И разворачиваем страны,

 Как муравейники - ногой.

  Евангелья побитый причет

 Миссионеров шлёт во тьму,

 И дворянин, как тигр, мурлычет

 И поцелуи шлёт ему.

  

 Враждующих народов грозный

 Гнев накалён, неудержим - 

 Таков национальной розни

 Обособленческий режим.

  

 Снарядом взрыта ночь, и шалым

 Огнём обглодана страна,

 Чтоб Человечность ликовала,

 Напившись крови допьяна.

  

 Над побеждённым жарко дышит

 И ржёт по праву силы конь.

 И два крыла летучей мыши

 Простёрла слава на огонь.

 

 Война, война! Ей мало крови

 И хруста рёбер и ключиц.

 И ждёт она зелёной ночи,

 Цветов раскрывшихся и птиц.

  

 Что говорит Хлеб?

 Я слышу, как шутят порою:

 Что хлеб говорит под ножом?

 Он красноречив, я не скрою,

 В обед за домашним столом.

 Пшеничный или гречишный,

 Как друг, он зовёт аппетит.

 "Ты знаешь, что хлеб говорит?

 Ты знаешь, что хлеб говорит?"

 "Я жизнь. Я на свете не лишний".

  

 Кто знает, что значит работа - 

 Поднять урожай из земли?

 Людей обмывали три пота, 

 Быки обожжённые шли...

 Для знати, чьё дело - забава,

 Всем кто не работая сыт - 

 "Ты знаешь, что хлеб говорит?

 Ты знаешь, что хлеб говорит?"

 "Рукам, тем что сеяли, слава!"

  

 С мученьем все силы природы

 Прогрессу дано открывать.

 Кровавы, мучительны роды,

 Но рада страданиям мать.

 "К победам, к свершеньям, кто молод!"

 Зовёт он, борьбой знаменит.

 "Ты знаешь, что хлеб говорит?

Ты знаешь, что хлеб говорит?"

 

"Я был жерновами размолот".


Трудящийся! станет ли ясно
Что хлеб наш - у ростовщиков.
И солнце без веса прекрасно,
И хлеб не желает весов.
Голодным, нужде человечьей,
Которая цепью звенит,
"Ты знаешь, что хлеб говорит?

 Ты знаешь, что хлеб говорит?"

"Уже разгораются печи!"
 

 

Из пищи по капельке крови

 

Вбираем и телу дано,

 

Чтоб слито с природою, внове

 

Землёй возрождалось оно.

 

Когда этот бракпородит

 

Плоть крепкую, мозг величавый,

 


"Ты знаешь, что хлеб говорит?

Ты знаешь, что хлеб говорит?"

"Моя начинается слава!"



Святая троица

Начнём с Религии. Старуха, чьих гримас,

Чьих догм убожество пленит вас, простофили!

Сулит вам чудеса и лжёт, склоняя вас,

И распростёрты вы подобно серой пыли.


 

И - собственность. Но труд - моих источник касс,

Домов, усадеб! - Да, твоей дивлюсь я силе!

Отчаянье труда твоих не тронет глаз,

Тобой ограблен он, его всего лишили.


 

И Государственность - монарх иль генерал,

От внутренних врагов, к стене и наповал!

Когда ж война - он сам не перейдёт порога!

 

Святая троица! Мы все в твоей петле!

Поп, ростовщик, жандарм - их трое на земле.

Ложь, воровство и смерть - вот триединство бога.

 

Народ

Когда колючий дождь и хлопья ледяные

В Париже висли без конца,

По грязи шлёпая, взяв ружья не впервые

И вытирая грязь с лица,

Глух к воплям голода и жажды неуёмной,

И днём и ночью в мокрой мгле,

Он вырос, поднялся, могучий и огромный,

Ка в дни июля, в феврале, -

За зологто ли он на схватку огенвую

Пошёл, сражений тех герой,

Он продал ли кому отвагу боевую,

В лохмотьях встав на мостовой?

Стремился ль он, боец, чтоб, лишь умолкнут пушки,

Согреться сразу во дворцах?

Хотел ли он возлечь на пышные подушки -

Поспать, измученный в боях?

Нет, не за золото он падал, обагрённый.

Он шёл за хлеб и за права.

Боролся он за хлеб, чтоб из нужды зловонгной

Детей поднять, как изо рва,

И Права требовал наперекор звериным

Законам. Он, как человек,

Хотел, чтоб Франция считала гражданином

Его отныне и во век.

За это право он умрёт. Пока он дышит,

Восстанья знамя будет рдеть.

Он на стенах дворцов худой рукою пишет:

"Свободным быть иль умереть".

 

 

 

Добавить комментарий

CAPTCHA
Нам нужно убедиться, что вы человек, а не робот-спаммер.

Авторские колонки

Michael Shraibman

"Наличие гражданства предполагает взятие на себя ответственности. В том числе и за прошлые преступления государства. " Думаю, все мы часто встречали такие суждения. Ответ, который давали на это ряд течений политической мысли прост: "Нет. Государства не контролируются так называемыми...

1 неделя назад
1
Владимир Платоненко

Комментарий avtonom.org: Владимир Платоненко ошибся. Конечно же, самолёт, захваченный Лукашенко не был польским. Захват польского самолёта белорусскими силовиками - это плевок в лицо Западу. Не нужно лицемерных фраз по поводу нарушения международных норм и правил. Их всегда нарушали, если...

3 недели назад
4

Свободные новости