США

Ни скандалы, ни неопуританство современного Голливуда, ни возраст не властны над великим режиссером, который продолжает снимать отличные фильмы и в 2017 году. "Колесо чудес" - история четверых персонажей, чья история разворачивается на Кони-Айленде в Нью-Йорке в районе знаменитого парка развлечений в конце 1950-х годов. Как всегда у Аллена переплетения страстей, преобладание сердца над разумом, иррационального над рациональным, рассуждения о Судьбе в духе античной трагедии, глубокий психологизм.

Но я бы обратил внимание на другое.

В современном мире доверие к парламентской форме демократии падает. Парламентаризм не дает народным низам реальной власти, позволяя им лишь проводить раз в 4 года смену правящих элит. Все остальное время депутаты правят по своему усмотрению и так же в зависимости от денег лоббистов - влиятельных крупных компаний и ведомств, контролирующих этих депутатов. Слишком многие в современном мире это понимают. Поэтому, авторитет системы представительной (парламентской) демократии падает.

В либерально-демократической системе взглядов есть как минимум три противоречия, которые упорно игнорируются ее сторонниками.

Во-первых, в основу этой системы взглядов кладется мысль, что частная собственность является защитной сферой, окружающей человека, позволяя ему пользоваться вещами и, тем самым, наделяя правами и свободами. При этом игнорируется тот факт, что, как подметил еще русский социолог Н.К. Михайловский, большинство людей в рамках либеральной системы лишены, во всяком случае, частной собственности на средства производства, на предприятия. Это обрекает их на зависимость (материальную и человеческую) от владельцев предприятий, хозяев наемного труда.

Концепция правящего класса никак не предполагает отрицание фактора борьбы внутри него. Одни группы правящего класса могут иметь большее влияния в государстве, другие - меньшее, они могут меняться местами, одни группы могут ликвидировать или отстранять другие. Чтобы это понять, можно рассмотреть то, как выглядит правящий класс США.

В первой половине XX столетия широкое распространение получили попытки синтеза марксизма и фрейдизма. Тому есть ряд причин. Некоторые мыслители, близкие к марксизму или, во всяком случае, испытавшие его влияние, осознавали недостаточность экономизма Маркса, редукционизм марксистского учения, выводившего разнообразные социальные процессы строго из хозяйственных отношений. В психоаналитических учениях они обнаружили естественное подспорье для своих изысканий. С другой стороны, некоторые психоаналитики, чувствуя недостаточность чистых фрейдовских трактовок индивидуального поведения, обратились к марксизму.

Ктулху — отвратительное и грозное божество. Сколько у него почитателей от Америки до России! Создание короля ужасов, писателя-фантаста Говарда Лавкрафта, до сих пор будоражит умы. “Пх’нглуи мглв’нафх Ктулху Р’лайх вгах’нагл фхтагн”. “В своем доме в Р’лайхе мертвый Ктулху спит, ожидая своего часа”. “Не только мертвый может вечно спать, не только смерть умеет умирать!”. Ктулху несовместим с человеческими понятиями, ощущениями, измерениями. Он ужасен именно этим.

Случаются в истории удивительные повороты, когда пересекается то, что разъединено временем и географическим пространством. Соединение буддизма и греческой цивилизации полисов (очень хочется написать об этом), сражение между римскими легионерами и китайскими войсками, или украинский партизан по кличке Лесник, бывший одновременно буддистским гуру; а ведь все это было. Ниже одна из таких историй: про эсера и хиппарей.

Социализм был классовым движением, выступлением низового населения против правящего класса. Его конечной целью было создание общества, в котором отсутствует эксплуатация - присвоение результатов чужого труда. Производство, хозяйственная и политическая власть, по мнению сторонников социализма, должны перейти в руки трудящегося большинства населения (в руки рабочих, а так же, в некоторых версиях социализма, в прибавление к ним - в руки не эксплуатирующих чужой труд специалистов, фермеров, самозанятых). В какой форме это должно было происходить? 

Как это не прискорбно, но все революции, начиная с Гуситских войн, имели национальную окраску. Это необходимое условие буржуазной революции, а эта и все последующие революции были таковыми. Мне известна одна-единственная революция, не бывшая буржуазной и потому не бывшая национальной – это революция в первых швейцарских кантонах, та самая, которую связывают с именем Вильгельма Телля. Интересно, что, хотя она произошла примерно за век с четвертью до Гуситских войн и для своего времени имела не меньшее значение, Кропоткин не ввел ее в число великих революций, происходящих примерно раз в сто двадцать пять лет. Не потому, что не придавал ей значения, очень даже придавал, а потому что объединял ее с городскими восстаниями и созданием вольных городов.

Роман Урсулы Ле Гуин «Планета обездоленных» довольно широко известен в левацких и особенно в анархических кругах. Тем более, что в нем сделана попытка изобразить не просто альтернативное, а именно анархическое общество, построенное на основе анархической теории. Вообще желающие могут найти переводы этой книги в Интернете, однако, чтобы не нагружать читателя лишней работой, мы кратко перескажем содержание книги. Причем перескажем его так, как будто бы Ле Гуин изобразила именно то, что она хотела изобразить. О том, почему и в чем это не так, мы скажем ниже.