День всех влюбленных «по-экстремистски»

«14 февраля 2011 года с самого начала день не задался» – с улыбкой вспоминает Леонов Виталий, ныне третий подозреваемы по делу об «экстремистской» граффити-акции, проведенной в Барнауле в ночь на 1 февраля. «Я прямо так и чувствовал – что то нехорошее сегодня произойдет. Пришел на работу не как всегда, а без особого желания. До обеда почти толком ничего не сделал – только пил кофе кружками и нервничал. Как оказалось, интуиция меня не подвела».

Примерно в 13-00, на выходе из столовой меня схватили двое «в штатском» – рассказывает Виталий – «один из них махнул корочкой (как выяснилось позже, это был 27-ми летний капитан Барнаульского «Центра Э» Булатов Денис), крикнул чтобы я лез в машину. Первой реакцией, конечно же, было сопротивление, но двое сотрудников крепко меня держали за куртку. Ведь я совсем не ожидал, что меня схватят! Да и «бдительным прохожим» было по барабану. Просто так среди бела дня в центре города похищают человека (о том, что это «задержание» я узнал позже – когда по нормальному рассмотрел удостоверение Дениса), и все вокруг ходят как ни в чем ни бывало, и хоть бы кто-нибудь что-нибудь сказал или предпринял… Такой вот у нас народ.

Меня затолкали в автомобиль (см. фото. Кстати, тот самый, в котором похищали Даниила Полторацкого, да и Даниила Малышкина возили «на допрос с пристрастием» в Центр Э в нем же - видимо это их штатный автомобиль, специально для таких случаев), и уже внутри начали объяснять кто они такие и с какой целью меня задержали. Разумеется, сразу изъяли и отключили мобильный телефон – чтобы я не смог никому позвонить. Вести какие бы то ни было «беседы» или подписывать какие то «протоколы» без присутствия моего адвоката я, конечно же, сразу отказался. Ведь я же знаю свои права, и буду тщательно следить за их соблюдением – так прямо и заявил сотрудникам (в частности, Денису) самых первых минут общения.

Кстати, стоит сразу отменить, что обращались со мной, в целом, весьма доброжелательно, никакого особого давления (кроме самых банальных милицейских разводок, которые были видны невооруженным глазом) не оказывали – видимо сыграл свою роль повышенный интерес общественности к данному «делу». Единственное нарушение, которое допустили сотрудники, заключалось в том, что продержали меня в отделении более 3-х часов (вопреки закону), а если быть точнее, то я провел «взастенках» часов около 6, ну еще не дали сразу позвонить моему адвокату.

После «составления психологического портрета», меня повезли на Калинина 8, для проведения следственных процедур. Там я, наконец то, связался со своим адвокатом. После процедуры опознания (двое милиционеров и я, конечно трудно было догадаться кто из нас «экстремист»), я дал подписку о невыезде до окончания дела по ст. 213 ч. 2 УК РФ.

Примерно в 20-00, мой адвокат сказал мне, что с этой минуты формально я свободен, однако что то мне подсказывало, что это еще не конец истории. Не зря же Денис все это время предано сидел под дверью того кабинета, в котором я находился, и ел Сникерсы вместе со своим молчаливым напарником.

Я попросил адвоката выйти со мной на улицу. Мы вышли и сели в ее автомобиль. И, о чудо! Сотрудники «Центра Э» встали спереди и сзади автомобиля таким образом, чтобы не дать ему выехать. Мы поговорили еще немного с адвокатом, попрощались, и я вышел из теплого автомобиля навстречу судьбе. Судьба крепко взяла меня за руку и предложила проследовать в треклятую серебристую «девятку». Мы трое, во главе со следователем Бодровой Е.С., поехали ко мне домой для проведения обыска.

Наверное, в моей квартире не осталось ни одной баночки сахара или целлофанового мешочка, в который не заглянули бы бдительные борцы с экстремизмом. К счастью, никакого «экстремизма» найти им не удалось – только официально изданные исторические книги, журналы, стальные наручники и маску. Ничего из вышеперечисленного не имеет совершенно никакого отношения к делу о граффити, в котором меня подозревают, и, разумеется, не указывает на мое непосредственное отношение или организацию данной ночной арт-вылазки.

После обыска (который продолжался порядка 3 часов), сотрудники «Центра Э», следователь и понятые наконец то оставили мое скромное жилище, унеся с собой совершенно все книги содержащие слова «анархия», «фашизм», «антифашизм», «революция» и прочее.

Из всего рассказанного выше, можно сделать вывод:

  1. Следствие пытается делать «хорошую мину при плохой игре». Доказательной базы, конечно же, маловато. При обыске у меня не нашли совершенно ничего что указывало бы на мою принадлежность к проведению акции. Да и сам лозунг «Тебе нужны такие попутчики?» называть «экстремистским» – значит откровенно смешить людей своей неприкрытой глупостью.
  2. Под предлогом «заведенного дела» сотрудники «Центра Э» получили возможность хорошенько пошариться в квартирах давно интересующих их социальных активистов (на это указывает протокол об обыске – изъято что угодно, но не то, что имеет отношение к данному делу).

Данный рассказ был записан корреспондентом anarhobarnaul.org, со слов Леонова Виталия, стилистика сохранена.

Источник

Добавить комментарий

CAPTCHA
Нам нужно убедиться, что вы человек, а не робот-спаммер.

Авторские колонки

Michael Shraibman

В далекие 1980е гг по ТВ показывали западно-германский детектив. Речь шла о расследовании преступления в Рейнско-Рурском регионе. Кого-то там в шахту сбросили (впрочем, не помню). Заинтересовало меня то, что региональный бизнес опасался увольнять работников и вообще беспокоить их. Почему? Пару раз...

3 недели назад
4
Michael Shraibman

Либеральные оппозиционные митинги ничего не изменят сами по себе, подобно тому, как они не изменили режим в Беларуси - это даже не цветная революция, а ее имитация. Любое активное сопротивление успешно блокируется сверху либеральными лидерами. Само по себе такое движение не может ничего изменить,...

3 недели назад
4

Свободные новости