Восстание в Казахстане: интервью и оценка событий от CrimethInc

Казахстан 2022

В Казахстане вспыхнуло полномасштабное восстание в ответ на рост цен и насилие со стороны авторитарного правительства. Демонстранты захватили правительственные здания во многих частях страны, особенно в Алматы, самом густонаселенном городе, где они временно заняли аэропорт и подожгли здание администрации. В то время, как мы публикуем эту статью, силовики захватили центр Алматы, убив при этом по меньшей мере десятки людей, а войска из России и Беларуси прибывают для подавления протестов. Мы должны знать, почему люди, оказавшиеся на грани этих репрессий, восстали. В этом репортаже мы приводим интервью с казахским эмигрантом, который рассказывает, что заставило людей в Казахстане восстать, а также последствия этого восстания для региона в целом.

“Такого, что сейчас происходит в Казахстане, тут ещё не было.

Всю ночь гремели взрывы, полицейские избивают людей, кто-то жгёт ментовские машины, и какие-то случайные тачки. Сейчас народ идёт по главным улицам и что-то происходит возле акимата (здание мэрии).”

-Одно из последних сообщений, которое мы получили от нашей товарищки в Казахстане, анархо-феминистки из Алматы, незадолго до 16:00 (по восточно-казахстанскому времени), перед тем как мы потеряли связь.

Мы должны рассматривать восстание в Казахстане в глобальном контексте. Это не просто реакция на авторитарный режим. Протестующие в Казахстане реагируют на тот же рост цен, против которого люди протестуют по всему миру на протяжении многих . Казахстан - не первое место, где повышение стоимости газа вызвало волну протестов - точно такое же происходило во , , и при самых разных администрациях и режимах.

В этом конкретном восстании важно не то, что оно беспрецедентно, а то, что в нем участвуют люди, сталкивающиеся с теми же проблемами, с которыми сталкиваемся и мы, где бы мы ни жили.

Срочность, с которой Россия предпринимает меры по оказанию помощи в подавлении восстания, также имеет большое значение. Организация Договора о коллективной безопасности [ОДКБ], военный альянс, состоящий из России, Армении, Беларуси, Казахстана, Кыргызстана и Таджикистана, где Россия играет ведущую роль, обязалась направить свои войска в Казахстан. Это первый случай, когда ОДКБ направляет войска для поддержки страны-члена; в 2021 году она отказалась помочь Армении во время конфликта с Азербайджаном.

Поучительно, что война между Арменией и Азербайджаном не привела к вмешательству ОДКБ, в то время как мощное протестное движение вызвало его в течении нескольких суток. Как и в других имперских проектах, главной угрозой для российской сферы влияния является не война, а революция. Россия извлекла значительную выгоду из гражданской войны в Сирии и , играя против Сирии и Турции, чтобы закрепиться в регионе. Одним из способов, с помощью которого Владимир Путин удерживает власть в России, было сплочение российских патриотов для поддержки его в войнах в Чечне и Украине. Война - вечная война - является неотъемлемой частью российского имперского проекта, так же как война служит американскому имперскому проекту в Ираке и . Война - это здоровье государства, как Рэндольф Борн.

Восстания, с другой стороны, должны подавляться любыми средствами. Если бы миллионы людей в российской сфере влияния, томящиеся в условиях сочетания клептократии и неолиберализма, увидели, что в какой-либо из этих стран произошло восстание, они поспешили бы последовать этому примеру. Глядя на волны протеста в и в , видно, что многие люди склонны присоединиться к протестам даже без надежды на успех.

В капиталистических демократиях, таких как США, где выборы позволяют сменить одну банду корыстных политиков на другую, сама иллюзия выбора служит для того, чтобы отвлечь людей от действий, направленных на реальные перемены. В авторитарных режимах, таких как Россия, Беларусь и Казахстан, такой иллюзии нет; царящий порядок навязывается только отчаянием и грубой силой. В таких условиях любой может прийти к выводу, что революция - это единственный путь вперед. Более того, правители всех трех этих стран обязаны своей властью волне революций, произошедших начиная с 1989 года и приведших к распаду Восточного блока. Вряд ли можно винить их подданных в том, что они подозревают, что только революция может изменить их положение.

Революция - но с какой целью? Мы не разделяем оптимизм либералов, полагающих, что социальные перемены в Казахстане будут простыми - достаточно прогнать автократов и провести выборы. Без глубоких экономических и социальных изменений любые политические перемены оставят большинство людей во власти того же неолиберального капитализма, который их сегодня и разоряет.

И в любом случае, Путин так просто не сдастся. Реальные социальные изменения в российской сфере влияния, как и на Западе, потребуют длительной борьбы. Свержение правительств необходимо, но недостаточно: чтобы защитить себя от будущих политических и экономических навязываний, простые люди должны будут развивать коллективную власть на горизонтальной, децентрализованной основе. Это работа не одного дня или года, а целого поколения.

Что анархисты могут внести в этот процесс, так это предложение, что те же структуры и практики, которые мы развиваем в ходе борьбы против наших угнетателей, должны помочь нам создать лучший мир. Анархисты уже сыграли важную роль в , показав ценность горизонтальных сетей и прямого действия. Мечта либерализма - переделать весь мир по образу и подобию США и Западной Европы - уже показала себя пустой: США и Западная Европа причастны ко многим причинам, по которым усилия по реализации этой мечты потерпели неудачу, , и в других странах. Мечту об анархизме еще предстоит испытать.

В ответ на события в Казахстане некоторые предполагаемые “антиимпериалисты” снова повторяют извечный тезис российских государственных СМИ о том, что любая оппозиция любому режиму, который является союзником путинской России, может быть только результатом вмешательства Запада. Это особенно вопиюще, когда страны, находящиеся в сфере влияния России, в значительной степени отказались от любых притязаний на социализм, отдав себя на откуп неолиберальной политике, которая как раз и вызвала восстание в Казахстане. В условиях глобализации капиталистической экономики, когда все мы подвержены одинаковой степени наживы и прекарности, мы не должны позволять соперничающим мировым державам разыгрывать нас друг против друга. Мы обязаны видеть весь этот фарс насквозь. Давайте делать общее дело на разных континентах, обмениваясь тактикой, вдохновением и солидарностью, чтобы переосмыслить наши жизни.

Простые люди в Казахстане, восставшие на этой неделе, показали, как далеко мы можем зайти - и как далеко мы должны зайти вместе.

Предыстория восстания

Рано утром 6 января, после того как из-за отключения Интернета не удалось взять интервью у участников движения в Алматы, мы взяли следующее интервью у казахстанского сторонника анархизма, живущего за границей.

Для контекста, какие анархистские, феминистские и экологические проекты или движения существовали в Казахстане в 21 веке?

Вначале была оппозиция первому экс-коммунистическому президенту Нурсултану Назарбаеву, который в итоге возглавил Казахстан в постсоветскую эпоху. С середины 1990-х годов он начал становиться более авторитарным, меняя структуры управления, чтобы получить более широкие президентские полномочия. Этим Назарбаев нажил себе противников в политической элите по всему политическому спектру. Удивительно, но коммунисты, социал-демократы, центристы и сторонники бизнеса объединились, чтобы призвать к принятию более демократической конституции с ограниченной президентской властью.

Что касается низовых движений, то были анархисты, которые были скорее подпольным движением, и социалисты, лидер которых в итоге бежал из Казахстана. Были также националисты и радикальные исламисты, но, опять же, они не были очень популярны, они тоже были подпольными явлениями.

Что касается экологов, то если они и привлекали внимание общественности, то в основном благодаря правозащитным группам. В Казахстане только шесть зарегистрированных партий имеют право участвовать в выборах, остальные просто отклоняются. Однако существует множество групп по защите прав избирателей.

С 2000-х годов правительство не допускало к выборам ни одну реальную оппозицию. У кандидатов разные лица, но одинаковые посылы, чтобы создать видимость “конкурентной” политической среды, в которой постоянно побеждает один сильный человек - подобно ситуации в России, Беларуси и других диктаторских постсоветских странах.

Есть ли в Казахстане оппозиционные партии?

Что касается оппозиционных партий, то в Казахстане их практически нет. Такие партии существовали в 1990-х и 2000-х годах, но все они были закрыты или запрещены правительством. Сейчас есть люди, которые утверждают, что представляют оппозицию, но они живут за границей, например в Украине. У них нет реальной связи с народом.

Внутри этих партий также существует своего рода соперничество: я наблюдал, как все они обвиняют друг друга в сотрудничестве с правительством. Они пытаются заманить недовольных граждан в проекты, которые на самом деле не представляют никакой угрозы для правительства, в дела, которые создают иллюзию перемен, например, предлагают людям вести мирный диалог с местными чиновниками или участвовать в выборах, специально испортив бюллетень, чтобы “протестовать” против выборов - любая тактика, которая создает иллюзию борьбы с правительством, хотя на самом деле это является пустой тратой времени.

В последние годы оппозиция такого рода начала появляться и внутри страны; из ниоткуда появились случайные активисты, создающие политические движения и проводящие пикеты, не испытывая при этом никаких преследований, в то время как обычных людей всегда задерживает полиция сразу же, как только они выходят протестовать.

Одна необычная оппозиционная группа - не могу сказать, является ли она контролируемой оппозицией - называется “Демократический выбор Казахстана”. Ее возглавляет бизнесмен, живущий во Франции, по имени Мухтар Аблязов. Если вы поищете его имя, то увидите статьи о делах об отмывании денег и судебных исках. В 1990-х годах он был министром; когда он присоединился к оппозиции, правительство Казахстана посадило его в тюрьму. Он вышел, но в итоге бежал из Казахстана и жил в изгнании. С тех пор он возглавляет политическую оппозицию, пользующуюся наибольшей поддержкой в социальных сетях. Большинство всех, кто связан с его движением, подвергаются преследованиям и арестам; это происходит с 2017 года. Каждый протест, который он организовывал из-за рубежа, подавлялся, в общественных местах присутствовали массовые наряды полиции. Были случаи отключения интернета по всей стране.

В любом случае, то, что происходит сейчас в Казахстане, совершенно неожиданно.

Какая напряженность внутри Казахстана предшествовала этим событиям? Какие можно выделить острые темы в казахстанском обществе?

То, что действительно всколыхнуло население, произошло в городе Жанаозен. Этот город приносит прибыль от продажи нефти, но его жители - одни из самых бедных в стране. Город известен кровавыми событиями 2011 года, когда произошла забастовка рабочих, и правительство приказало полиции стрелять в людей. Эта трагедия осталась в памяти народа, особенно жителей города, и с тех пор в городе прошли еще несколько небольших забастовок в нефтяной промышленности, хотя они были мирными и не привели к кровопролитию. С 2019 года забастовки и протесты стали более частыми. В то же время, в силу экономических факторов, люди стали более активными в политике по всей стране, поскольку цены на нефть упали во всем мире, что повлияло на экономику Казахстана. Поскольку казахстанская валюта – тенге – слабела, люди могли позволить себе все меньше и меньше.

В Казахстане также существуют другие серьезные проблемы: отсутствие чистой воды в деревнях, экологические проблемы, люди живут в долг, коррупция и кумовство в системе, в которой любой протест может быть легко закрыт. Большинство людей продолжали жить в таких условиях, пока экономика служила казахстанским бизнесменам-миллиардерам, имеющим связи с правительственными чиновниками и разными известными людьми. В начале 2000-х годов у жителей Казахстана появился проблеск надежды, поскольку экономика росла благодаря запасам природного газа; как следствие, уровень жизни населения в целом повысился. Но все изменилось в 2014 году, когда цены на нефть упали во всем мире, а война в Украине привела к санкциям против России. Это отразилось на Казахстане, поскольку он зависит от России.

В 2014-2016 годах было несколько небольших протестов, но они были быстро подавлены. В 2018-2019 годах они усилились, отчасти благодаря вышеупомянутому оппозиционному бизнесмену Мухтару Аблязову, который использовал социальные сети, чтобы набрать обороты. Политические протесты и сопутствующий активизм были организованы под знаменем партии “Демократический выбор Казахстана”.

Ситуация ухудшилась после 2020 года, когда разразилась пандемия COVID-19. Люди потеряли работу, некоторые остались без средств к существованию, не получая практически никакой поддержки от правительства, а ограничения на медицинское обслуживание только усилили разочарование и недоверие к правительству. А затем выросли цены на товары, в частности, на продукты питания. Это происходило во всем мире, но на Казахстан это оказало особенно значительное влияние.

Если вернуться к городу Жанаозен, в котором произошло кровопролитие 2011-го года, то цена на сжиженный газ резко возросла в этом самом городе, где это топливо фактически производится. Эта цена постоянно росла в течение последних десяти лет, но в итоге она выросла еще больше, когда правительство прекратило субсидировать ее, предоставив решать рынку.

В городе уже проходили небольшие протесты по этому поводу, но 1 января 2022 года цена на сжиженный газ, который используется для питания автомобилей, неожиданно удвоилась. Это взбесило людей. Они массово вышли на площадь протестовать. Правоохранительные органы, казалось, не решались разогнать протест. Другие деревни в провинции поднялись и начали перекрывать дороги в знак протеста. Затем, через несколько дней, протесты распространились по всей стране.

То, что началось с протеста против повышения цен на бензин, в значительной степени выросло из-за других проблем, о которых я упоминал ранее. Люди были мотивированы выходить на улицы и бастовать еще больше.

Опишите повестку различных групп по обе стороны этой борьбы. Есть ли среди демонстрантов определенные фракции или течения?

Сначала правительство игнорировало проблемы с ценами на газ, пытаясь приучить людей к ним, даже обвиняя потребителей в высоком спросе. В конце концов, они снизили цены, но это не остановило протесты. Тогда государство, по сути, отрицало свою причастность к повышению цен на газ, но по мере усиления протестов правительство начало уступать, пытаясь успокоить людей. Например, они пообещали ввести определенную социальную политику, предложить людям экономическую помощь, после того как они игнорировали их в течение многих лет.

Но протесты так и не прекратились. Мало кто доверяет правительству или поддерживает его. Люди, выходящие на демонстрации, просто хотят лучшей жизни, такой, какую они представляют себе в развитых европейских странах. Конечно, требования у разных людей разные: одни требуют отставки всего правительства, другие - новой формы демократического правления, в частности, парламентской формы без исполнительного президента, третьи - увеличения количества рабочих мест, развития промышленности и улучшения социальных условий.

Самые ожесточенные беспорядки и грабежи происходят в старой советской столице Алматы, которая является финансовой метрополией Казахстана. Люди грабят магазины и поджигают здания. Народ захватил здание местного правительства и поджёг его.

Правительство внесло свой вклад в эту ситуацию, поскольку не выполнило требование уйти в отставку и сформировать новую демократическую политическую систему. Нынешний президент Казахстана, который является близким союзником бывшего и первого президента Назарбаева, подливает масла в огонь, отказываясь передать свои полномочия. Чем дольше он будет оставаться на своем посту, тем больше будет насилия, поскольку ни правительство, ни протестующие не могут пойти на компромисс. Пока это будет продолжаться, люди, прибегающие к насилию, смогут продолжать оставаться безнаказанными. В Алматы царит беззаконие; похоже, никто не знает, кто там сейчас главный, поскольку офис мэра сожгли, а сам он исчез с глаз долой. Весь город забаррикадирован, по улицам ходят вооруженные демонстранты.

Теоретически в городе действует комендантский час, но на практике правоохранительные органы отсутствуют или присоединились к протестующим, так что город похож на коммуну [т.е. на Парижскую коммуну], как я слышал. На данный момент, учитывая то, как разворачиваются события, я бы назвал людей там не протестующими, а революционерами – особенно видя там вооруженных гражданских.

Разграбленный магазин в Казахстане

Представьте хронологию событий прошедшей недели.

Протест начался в нефтедобывающем городе Жанаозен 2 января. На следующее утро другие города и сёла западного Казахстана начали протестовать в знак солидарности.

Самые массовые протесты прошли ночью, когда волнения охватили другие города, включая Алматы. Поздно вечером 4 января народ в Алматы вышел на главную площадь перед мэрией. Там занимали позиции огромные отряды полиции. Начались столкновения, но протестующие взяли верх.

Их разогнали рано утром 5 января, но они снова перегруппировались туманным утром примерно к 9 утра. Некоторые сотрудники правоохранительных органов даже перешли на другую сторону баррикад и присоединились к протесту. В конце концов, протестующие снова вышли на площадь примерно к 10 часам утра, сумели взять штурмом мэрию и подожгли здание. Сотрудники правительственной службы безопасности покинули Алматы, оставив город под контролем протестующих.

С тех пор, похоже, президент снова направил туда войска в попытке взять город под контроль. Я не знаю, как это происходит, но я слышал, что в ночь на 5 января или рано утром 6 января люди начали мародерствовать и красть оружие, были сообщения о выстрелах.

В других городах все более мирно, на площадях проходят массовые акции протеста. Я думаю, что протестующие захватили здания местных органов власти в нескольких других городах, но, насколько я знаю, в них меньше беспорядков по сравнению с Алматы.

В столице, Нурсултане, все спокойно, однако можно наблюдать огромное количество ОМОНа, окружившего президентский дворец. По сути, весь президентский дворец заблокирован.

Короче говоря, весь Казахстан сейчас похож на Голодные игры. Если вы смотрели трилогию Голодные игры или знаете краткое содержание сюжета, вы понимаете, о чем я говорю. Народ один за другим захватывает контроль над различными городами. Опять же, президент не хочет уходить и позволить оппозиции изменить систему. Так что если этого не произойдет, я ожидаю еще больших беспорядков, пока правительство не будет свергнуто или протест не будет жестоко подавлен.

Как вы думаете, есть ли у участников этих протестов какие-то ориентиры на протестные движения, которые вспыхнули во Франции, Эквадоре и других странах мира в ответ на рост цен на топливо? Что лежит в основе используемых ими тактик?

Я думаю, что многие из них находятся под влиянием протестов, произошедших в других постсоветских странах, таких как Беларусь и Кыргызстан. Похоже, что в Алматы жители брали пример с соседнего Кыргызстана, где люди также штурмовали правительство и сжигали здания, но по сравнению с Кыргызстаном правительство было свергнуто быстрее. Кыргызстан пережил уже три революции; учитывая его близкое расположение и культурные связи с Казахстаном, поскольку обе страны говорят на тюркских языках, я думаю, что его пример сыграл важную роль в Казахстане.

Каковы возможности того, что произойдет дальше?

С моей точки зрения, я могу представить себе несколько сценариев. Либо правительство уходит в отставку - или свергается - и Казахстан начинает двигаться по пути демократизации, либо правительство подавляет восстание с огромным применением силы, включая привлечение других стран.

Президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев просит ОДКБ (Организация Договора о коллективной безопасности, военный союз, состоящий из России, Армении, Беларуси, Казахстана, Кыргызстана и Таджикистана) прислать “миротворцев”. Короче говоря, президент завозит иностранные войска в Казахстан для подавления протестов. Либо вооруженные протестующие каким-то образом отразят эти силы и правительство падёт, либо революционеры сдадутся или будут раздавлены.

Казахстан ждет мрачное будущее. Это война за свободу или поражение, а поражение означает потенциальную потерю еще больших свобод и, возможно, суверенитета.

Что могут сделать люди за пределами Казахстана, чтобы поддержать вас или других участников борьбы?

Единственный реальный способ поддержки для людей за пределами Казахстана - это привлечение большего внимания к событиям и, возможно, организация какой-либо помощи.

Фрагмент свергнутой статуи Нурсултана Назарбаева Фрагмент свергнутой статуи Нурсултана Назарбаева

Заключение: Взгляд из России

Размышления российского анархиста о последствиях восстания в Казахстане для всего региона. Вы также можете прочитать мнение белоруских анархистов и анархисток .

После десятилетий репрессий, неудач и поражений, почему надежда появляется снова и снова, как мы это можем наблюдать в Беларуси, России, Кыргызстане, а теперь и в Казахстане? Почему после того, как наши родственники, друзья и соседи падают на асфальт, застреленные полицией или армией, люди продолжают бороться? Как получается, что мы раз за разом получаем шанс испытать ветер перемен и волнений? Почувствовать далёкий вкус всего того, чем может быть наша жизнь вместо того, как мы живём сегодня?

Некоторые ответы на эти вопросы мы можем прочесть в строках казахского музыканта Ермена Анти из группы :

“Сколько б ни стреляли, все равно не хватит пуль.
Сколько б ни давили, всё равно ползут наружу
Справедливой ненависти новые ростки,
Дети Прометея, что несут огонь озябшим людям.”

Смотря на события последних десятилетий в Казахстане, Беларуси, России и Кыргызстане, к месту задаться вопросом, чего может достичь сотрудничество между инициативами и движениями, борющимися за освобождение, на международном уровне. Такие связи могли бы позволить нам обмениваться политическим и культурным опытом, укреплять общее дело, которое должны разделять народы этих стран. Однако в отличие от того, насколько экономика и политические реалии этих стран взаимосвязаны и взаимозависимы, анархистские движения, группы, коллективы - разъединены.

Казахстан может быть примером того, что может произойти завтра в России, Беларуси и других странах этой части мира. Сегодня в России люди боятся за свою жизнь, когда думают о том, чтобы выразить инакомыслие в любой форме. Но завтра мы можем увидеть Жанаозен и Алматы в городах России, Беларуси (снова!) и других стран. Мы можем забыть об уверениях, что “здесь этого не может быть” - то, что может и не может произойти, зависит, прежде всего, от того, что мы можем себе представить и каковы наши желания.

Когда случаются ситуации, подобные той, что мы наблюдаем сегодня в Казахстане, мы видим, насколько важно быть связанными с другими людьми в обществе. Сегодня мы удивлены происходящим - зачастую нас даже может и не быть среди людей на улицах, сражающихся и защищающих друг друга плечом к плечу или выполняющих другую важную работу в поддержку восстания. Чтобы быть готовыми к таким сценариям, мы должны уметь сталкиваться с противоречиями внутри наших сообществ и в обществе в целом. Нам нужно уметь вносить предложения и доносить свои идеи до окружающих в подобных ситуациях. Конфликты, разногласия и изоляция душат людей в движении, которые в противном случае могли бы посвятить свою жизнь революционной борьбе. Когда я задаюсь вопросом, что нужно для того, чтобы мы встретились друг с другом на улицах и в домах, шагали вмести вместе, заботились друг о друге и боролись вместе, то вижу необходимость иного человеческого подхода как минимум в наших кругах. Мы должны сообща создавать а расширять возможности для борьбы, развития и выживания.

Из этого происходит вопрос: что нам нужно изменить в нашем отношении друг к другу и к другим людям, как мы относимся к борьбе и нашим движениям? Они должны быть источником жизни и вдохновения, который может предложить людям способы думать, бороться и жить по-другому.

Например, можно вспомнить феминистское движение в Казахстане, которое было в центре общественного внимания и дискурса очень часто в 2010-х годах, которое публиковало феминистский журнал и подняло эту тему в Казахстане так, как её никто до этого там не поднимал, объединив многих по теме патриархата в обществе. Это пример того, как мы можем позиционировать себя для решения вопросов, которые свяжут нас с широкими кругами в обществе.

У нас в бывших советских республиках и странах есть впечатляющее наследие сопротивления и восстаний, на которое мы можем опираться. Нам необходимо наладить связь друг с другом, чтобы мы могли воспользоваться этим наследием.

Солидарность и сила всем борцам в Казахстане и во всех постсоветских странах. Как говорится, собаки лаят, но караван идёт. Сейчас можно перефразировать: сегодня они душат нас сапогом на горле, но борьба не прекратится. И те, кто пал на улицах Алматы во время бурных январских дней и ночей, не будут забыты.

Добавить комментарий

CAPTCHA
Нам нужно убедиться, что вы человек, а не робот-спаммер.

Авторские колонки

Нет вобле
Владимир Платоненко

Об истории с воблой не слыхал уже, наверное, только глухой. Да и тот читал. На всякий случай напомню: в Тюмени суд согласился с доводами обвиняемой, что фраза "Нет в***е!" означала "Нет вобле!" - к коей рыбе обвиняемая испытывает отвращение, и снял с неё обвинение в дискредитации армии....

1 месяц назад
4
Россия
lesa

Сегодня руководители проектов команды Навального Леонид Волков и Иван Жданов объявили о создании сети "полуподпольных" штабов по всей России. Желающие стать создателями могут заполнить их анкету.  Как всем известно, после 24 февраля и особенно после 21 сентября в России резко возросло число...

1 месяц назад
2

Свободные новости