Ханна Арендт о свободе личности

Ханна Арендт в работе "Vita Activa" писала, что в индустриальном современном обществе индивиду нечего противопоставить мощи бюрократических иерархий. По ее мнению, не имеет большого значения идет ли речь о государственных системах или об аппаратах частных корпораций. Все, что остается человеку, это попытаться сохранить свою индивидуальность в условиях постоянного натиска мощных бюрократических институтов, которые организуют хозяйственную и политическую жизнь по их усмотрению. Одинокий индивид - это последний бастион, который стараются взять штурмом силы бюрократии. Индивид, скорее всего, обречен. Все, что он может противопоставит им - это индивидуализм. Он хочет, чтобы его оставили в покое и предоставили возможность (за пределами политики и труда, которые уже полностью организованы бюрократическими аппаратами) жить своей тихой жизнью и заниматься в ней своими делами.

Подход Арендт радикален: господство бюрократии постепенно стирает границы между "демократическими" и "тоталитарными" обществами, ибо оно одинаково разрушает личность вне зависимости от того, где происходят события, в СССР или в США. У одинокого человека мало шансов выстоять в конфликте с Левиафаном государства и\или корпораций. У последнего слишком много способов для того, чтобы сломить сопротивление, все больше подчиняя себе всего человека. Силы слишком неравны.  Бюрократические системы контроля проникнут и во внутренний мир человека, подчиняя его себе.

Альтернатива, по мнению Арендт, в воссоздании греческого проекта прямой демократии, в рамках которой коллектив индивидов организует свою жизнь на основе преимущественно горизонтальных связей, без бюрократии или, по крайней мере, человек противостоит ей уже не в одиночку. В качестве примеров такого рода она рассматривала Кронштадтский Совет антибольшевистских повстанцев 1921 года и рабочие Советы в Будапеште осенью 1956 года. Речь идет о выборные комитетах самоуправления, строго контролируемых регулярными общими собраниями работников (трудовых или территориальных коллективов), с правом отзыва в любой момент делегатов, если они не исполняют волю собраний (отсюда аналогии с прямой демократией Греции). Идейно-политические группировки, "партии", могут влиять на решения народных собраний и Советов, высказывая свои идеи, но не имеют право подменять собой целое. В конечном итоге, только собрания работников имеют право принимать решения, а не партии.

Арендт пишет о : "...Венгрия лучшее из всего, что произошло за долгие годы... И опять при всех спонтанных революциях последнего столетия, - спонтанное возникновение новой государственной формы..., системы Советов, которую русские так опозорили, что едва ли хоть один человек еще понимает, что она такое". (Под "русскими" тут понимается СССР, а не русский этнос). Так же, Арендт сочувствовала , студентам и рабочим, захватившим университеты и заводы.

Хотя система Советов здесь определяется как форма государства, что вряд ли справедливо, общая идея понятна - Советы хороши, как способ общественно-политического устройства, возникающий спонтанно в ходе всех революций, а не как ширма, прикрывающая власть партийных чиновников, которые сами себя назначили управлять страной (как в СССР).

Но что особенно любопытно, горизонтальные системы самоуправления, Советы работников, рассматриваются Арендт как способ сохранения личности.

Это может показаться странным тем, кто попал под влияние либерализма. Контроль автономного коллектива, наподобие греческого народного собрания, над работой завода и\или над жизнью города\района подразумевает высокую плотность общества. Это не имеет ничего общего с современным рыхлым состоянием социума, с его атомизацией, когда люди не знают имен соседей по лестничной клетке. (Волонтерские инициативы по оказанию помощи бродячим котикам охватывают ничтожно малую часть современного общества, и даже они не идут ни в какое сравнение с регулярной практикой афинского народного собрания, раз в 10 дней решавшего вопросы законодательства и текущей политики огромного города-полиса).

Ханне Арендт прекрасно было известно, что полис подразумевал абсолютную власть народного собрания и регулярное обсуждение местных проблем. Голос каждого исключительно важен, слово каждого было важно для принятия решений. Это обстоятельство, несомненно, стимулировало развитие личности. Любой человек мог влиять на общественно-значимые решения, на вопросы управления собственностью, на вопросы мира и войны. Слово имело огромную власть. Но, с другой стороны, именно поэтому все приглядывались ко всем и все знали всех (или, по меньше мере, многие знали многих). Важно было не только то, что человек говорит, но и то, кто это говорит.

Древнегреческий полис, указывает Арендт, породил греческое чудо: он способствовал развитию личности, он создал целое соцветие гениев, создал основания современных науки, театра, философии, поэзии и спорта. Греческое чуда определило дальнейшее развитие цивилизации на 2 тысячи лет вперед. Причем, всего насчитывалось около 600 полисов и в них проживали несколько миллионов человек - примерно как в современных Литве или Хорватии!

Но ведь тот же самый полис казнил Сократа, изгнал или подверг другим наказаниям множество выдающихся людей. Полис способствовал тому, что многие стремились обессмертить свое имя через общественно значимые дела (включая театр и установку великолепных скульптур или общественных строений), сделав максимум возможного для своего коллектива, для общего дела (что не исключало, но, напротив, подразумевало эстетическое наслаждение и\или моральное удовлетворение совершенным). Но полис так же наказывал тех, кого подозревал в попытках возвысится над другими,- в намерении установить тиранию, и не всегда поступал справедливо.

Полис был чем-то таким, что сегодня мы называем "большой деревней", только полновластной, живо интересующейся окружающим миром и коллективно принимающей решения о сложнейших вещах. Все знают всех, коллектив имеет огромную власть, в том числе в вопросах жизни и смерти (в нашем мире ее имеет только крошечное меньшинство, управляющее государствами). Личность может стремительно развиваться при таких обстоятельствах и она обладает правами, но это, прежде всего право голоса в народном собрании, позволяющее влиять на политику и экономику общины (впрочем, личная жизнь тоже существовала и полис, обычно, не вмешивался в нее).

Почему же тогда полисный принцип прямого народовластия на местах и дополняющий его принцип большого общества, как целого, представляющего собой ассоциацию местных самоуправлений-полисов (разумеется, очищенных от неравенства и рабства) рассматривается Арендт как единственно возможный способ сохранения личности? Почему она думает, что только в таком мире человек может свободно выражать свои мысли и чувства?

Просто потому, что альтернативы не существует. Или так, или никак. По мнению Арендт без возрожденного полиса (автономных рабочих и территориальных Советов) нельзя остановить бюрократические машины. А поскольку они не остановятся, они подомнут под себя и личность. Таковы взгляды Арендт на проблему бюрократии и личности. Здесь она в какой-то мере оказывается ученицей Розы Люксембург (о которой с восторгом пишет) и, возможно, в гораздо большей степени, .

*Разумеется, речь идет о полисе, победившем, как замечал Ги Дебор, своих врагов, то есть, рабство, коммерцию, неравенство (в том числе неравенство мужчин и женщин).

Комментарии

Анархизм невозможен в современном мире потому что производственные единицы теперь переросли пределы любых "больших деревень". Полис включал в себя множество разных экономических единиц - хозяйств. И это позволяло влиять на политику и экономику общины. Теперь, когда экономические единицы представляют собой огромные предприятия, которые имеют десятки тысяч работников то они выходят за пределы не только самоуправляемых общин, но даже стран. И даже государства утрачивают возможность влиять на них, не говоря уже про общины. 

Я считаю, что солидаризм - это лучшее наследие анархии, которое может быть реально реализовано в современных условиях.

Рейтинг: 3 (1 голос )

1) Где-то я употребил слово "анархизм"?

2) Я не вижу никаких оснований под вашими утверждениями.

а) Афинское народное собрание собиралось раз в 10 дней и число граждан составляло 30-40 тыс (хотя обычно собиралось меньше но когда решались наиболее важные вопросы, приходила основная масса). Оно решало сложнейшие вопросы управления  общиной, включая законы, вопросы собственности,финансов, войны и мира.  Вне зависимости от того, что там было семейное земледелие и небольшие предприятия, оно принимало сложные управленческие решения для политики, финансов, собственности и т.д. в масштабах крупного современного предприятия или небольшого современного города. Его усилиями была выстроена блестящая цивилизация, существовавшая в течение 100-150 лет, заложившая основания для научного, философского и эстетического развития мировой культуры на 2 тысячи лет вперед. Кроме Афин в Греции существовало 600 полисов из которых приблизительно 300 управлялись полновластыми народными собраниями и их роль в мировой истории так же была громадной.

b) В современном мире предприятия, где работают одновременно десятки тысяч людей, все же включают в себя небольшую часть населения.  Обычно даже крупнейшие фабрики в современном мире меньше. Скажем на заводе Форда во Всеволжске работало около 1000 человек, на заводе Тесла более 10 тыс На самой мощной АЭС в США, которая обеспечивает элктроэнергией 4 млн человек, трудится 2300 работников

c) В современном мире существуют самоуправляющиеся кооперативные предприятия всех размеров, многие из которых демонстрируют высокую эффективность, причем они орасполагаются во многих секторах экономики.  Одна из крупнейших промышленных компаний Испании Фагор являетс кооперативной. В ней занято около 6 тыс человек. Я не говорю, что это - идел самоуправления, но во всяком случае это вполне работает

d) Экономические объединения могут включать в себя миллионы людей, если они децентрализованы и многие решения принимаются на местах, а в цнтральных органах согласуются лишь некоторые параметры. Кстати, многие современные компании устроены именно так. Я, опять же, не говорю, что это идеал, но это работает. Народному собранию не нужо решать миллион мелких вопросов самоуправления. Нужно принять\согласовать общие параметры и выбрать компетентных людей для оперативного руководства, чья деятельность буде контролироваться регулярными  собраниями и рефрендумами с правом сместить их в любой момент, если они что-то делают не так.

Рейтинг: 5 (2 голоса )

Nevermore

Добавить комментарий

CAPTCHA
Нам нужно убедиться, что вы человек, а не робот-спаммер.

Авторские колонки

Антон Паннекук
Michael Shraibman

Это статья сторонника Коммунизма рабочих Советов Антона Паннекука. В ней он объясняет, почему только рабочие Советы (не партии и не профсоюзы) являются организацией, которая позволяет совершить переход к бесклассовому и безгосударственному обществу (коммунизму). Но так же интересна критика...

1 неделя назад
15
Michael Shraibman

Что такое социализм и почему он может быть только классовым, антиавторитарным (горизонтальным), самоуправленческим? Ответ на этот вопрос дает, например, цитата из бразильского антиавторитарного социалиста (и при этом, что любопытно, марксиста) Маурисио Трахтенберга. И здесь ответы на вопрос о том,...

2 недели назад

Свободные новости